27.05.2022

«Нормально, когда доверитель не знает адвоката»

«Нормально, когда доверитель не знает адвоката» «Нормально, когда доверитель не знает адвоката»

В Петербурге защитники снова поспорили с МВД о «Крепости»

Иллюстрация: Ольга Аверинова
Процесс
Штурм «Крепости»

Красногвардейский районный суд Петербурга продолжает рассматривать «крепостной» иск адвоката Сергея Подольского. Он требует признать незаконным прошлогодний недопуск к доверителям, задержанным на акции протеста. Суд удовлетворил сразу несколько ходатайств истца: изучил видеозапись недопуска, выслушал свидетелей и даже истребовал геолокацию мобильного телефона. А последнее заседание стороны посвятили спору о том, должен ли доверитель знать своего адвоката. В необычных дебатах поучаствовали два представителя палаты Санкт-Петербурга – Никита Тарасов и Владислав Лапинский.

Что произошло

«У лица» уже рассказывала, как в апреле 2021 года петербургского адвоката Сергея Подольского не допустили в отделение полиции №26. Защитник прождал около 13 часов, но так и не смог оказать помощь задержанным на протестной акции. Более того, Подольскому и в суде не дали конфиденциально переговорить с подзащитными. Тогда адвокат пошёл на принцип и решил обжаловать недопуск в Красногвардейском районном суде. В качестве заинтересованных лиц суд пригласил адвокатскую палату Санкт-Петербурга и местный главк.

Ещё 1 ноября 2021 года УМВД по Красногвардейскому району приобщило свои возражения (есть у «АУ»). Тогда полицейские заявили: «факт нахождения адвоката Подольского» возле отделения не является доказательством, что задержанные действительно хотели воспользоваться правом на защиту. По мнению УМВД, они должны были отдельно подать ходатайство о допуске в дело защитника.

Подольский считает, что этот довод противоречит Конституции, Закону об адвокатуре и КоАП. Представитель палаты Владислав Лапинский в своём отзыве назвал довод УМВД об отсутствии ходатайства «циничным игнорированием духа и буквы» закона. Он отметил, что шестеро подзащитных указали в протоколах на недопуск Подольского.

В феврале полиция подготовила новые доводы – теперь МВД настаивает, что Подольский сам ушёл из отделения. Чтобы доказать факт недопуска, адвокат попросил суд вызвать свидетелей и приобщить видеозапись, как полномочный представитель палаты Иван Павлов (внесён в реестр СМИ-«иноагентов») пытается пробиться в отделение полиции. Наконец, адвокат потребовал запросить геоданные его собственного мобильного телефона – доказать, что в ту ночь он не покидал отдел полиции. Все ходатайства Подольского были удовлетворены судьёй Натальей Смирновой.

Адвокат в зоне действия сети

К сожалению, защитники не записали заседание 9 марта, поэтому «Улица» пересказывает его с их слов. Вначале суд заслушал четырёх свидетелей недопуска, трое из которых были доверителями Подольского. «Они подтвердили, что я был на месте и меня не пускали [в ОП №26]. Подзащитные подтвердили, что давали согласие на защиту, хотя до приезда меня не знали и лично с ними соглашение заключено не было – только с третьей стороной», – пересказал свидетельские показания адвокат.

Напомним, представители ОМВД и отдела полиции ранее неоднократно пытались убедить суд, что Подольский неправильно заполнил ордера – поскольку там не были указаны реквизиты соглашения. Также полицейские сомневались в существовании самого соглашения – и поэтому не сочли недопуск нарушением. На суде Подольский предоставил справку от своего адвокатского образования – она подтверждает, что он заключил с третьим лицом соглашение на защиту конкретных лиц.

Дальше суд сообщил, что получил данные о местоположении телефона Подольского в ночь недопуска. «Комментарий был краткий – что всё “спорное” время телефон находился в зоне действия одной вышки, – пересказал адвокат. – Большей точности геоданные не показывают, только район, где находился телефон в это время».

Ваш недопуск и там, и тут показывают

Следующее заседание прошло уже 25 мая (запись есть у «АУ»). На нём стороны посмотрели 4-минутное видео, снятое в ночь недопуска полномочным представителем АП Санкт-Петербурга Иваном Павловым. «Приехал по просьбе адвоката Сергея Подольского, который обратился к полномочным представителям, указав, что его не пускают в 26-й отдел полиции… Дверь закрыта, очевидцы здесь есть», – говорит на видео Павлов. Далее он безуспешно пытается пройти в отдел, после чего фиксирует дату и время: «Сегодня 22 апреля, 1:35 [ночи]». В итоге Павлов составляет акт о нарушении прав адвоката, который подписывают очевидцы.

– После просмотра желаете что-то добавить? – спросила Подольского судья.

– Полагаю, на диске полностью виден недопуск адвоката, зафиксировано время 1:35 – в том числе и в акте, и очевидцами. Метка на видеозаписи также стоит на 1:35 22 апреля. Мы видим, что в это время в отдел полиции в принципе было невозможно попасть… – констатировал защитник. – Мы видим, как полномочный представитель адвокатской палаты Иван Юрьевич Павлов стучится в дверь, звонит туда – эффекта ноль. Это подтверждает, что в отделе был введён неофициальный план «Крепость», факт введения которого теперь будет отрицаться УМВД и отделом полиции.

Действительно, представительнице ГУ МВД по Санкт-Петербургу видеозапись показалась неубедительной. «Во-первых, на видео нет ни даты, ни времени, – заявила она. – Да, на видео озвучена дата – но, в принципе, озвучить можно любую дату, фактически она ничем не подтверждена». Сотрудница главка подчеркнула: она так и не увидела никакого подтверждения, что адвокат длительное время находился возле отдела полиции. А представительница УМВД по Красногвардейскому району попросила суд дать время на формирование позиции по видео – добавив при этом, что запись ничего не доказывает.

Представительница УМВД по Красногвардейскому району

Нет никаких подтверждающих документов и оснований тому, что эта запись была сделана в озвученную дату и время.

Дальше полицейская обратила внимание, что запись длится всего лишь около четырёх минут – и неизвестно, что произошло потом.

– Данная запись – просто ещё одно дополнение к совокупности доказательств. На ней видно, что в отдел просто никого не впускали, – настаивал Подольский.

– В течение четырёх минут – да! – не сдавался главк.

– Недопуск в другое время подтверждается другими документами. Вы бы могли ознакомиться с материалами дела.

– Не надо делать мне замечания!

В итоге судье пришлось попросить стороны не пререкаться.

«Никакого адвоката они не знают»

Представительница ГУ МВД попросила суд не удовлетворять иск Подольского. «Во-первых, свидетели пояснили, что никакого адвоката они не знают, соглашения с ним не заключали», – подчеркнула она. И снова заявила, что задержанные не ходатайствовали об участии защитника.

По мнению главка, недопуск адвоката – это процессуальное нарушение при рассмотрении дела об административном правонарушении. «Но когда суд рассматривал эти дела, нигде в постановлении не было указано о недопуске адвоката. Такой информации нигде нет», – сказала представительница ГУ МВД. А в конце своей речи ещё раз усомнилась в факте недопуска и нахождении Подольского возле отдела полиции.

– Вот вы сказали, что не было заявлено каких-либо ходатайств о допуске защитника. А какой нормой в деле об административном правонарушении регулируется заявление ходатайств для допуска к подзащитным их адвоката? – спросил Подольский.

– Дело в том, что лица имеют право заявлять ходатайства, – ответила представительница главка. – Они могли заявить их письменно, что приобщалось бы к делу. И это было бы доказательством, что они заявляли адвоката. Нигде в объяснениях не написано...

– Серьёзно? А вы знакомились с материалами дела?

– В протоколе нет [заявлений] о том, что был недопуск!

– Ваша честь, а можно обозреть протокол моей подзащитной? – обратился к судье адвокат.

– Но в итоге вы её интересы не представляли… – сопротивлялся главк.

– Я её должен был представлять в отделе полиции! – парировал защитник. – Вы понимаете, что дело об административном правонарушении носит несколько стадийный характер? Сначала я представляю подзащитных в отделе полиции, потом в суде.

Пока Подольский и другие участники искали нужный протокол, представительница главка выдвинула новую версию. Она заявила, что обвиняемые в совершении правонарушений пишут в протоколах неправду:

– На практике, чтобы избежать ответственности, люди начинают указывать в протоколе стандартно «мне не разъяснены права» и «защитник не допущен»…

– То есть, я, по-вашему, год сужусь с МВД, чтобы кто-то избежал административной ответственности? – возмутился Подольский.

Наконец, суд зачитал собравшимся строчки из протокола – в которых задержанные заявляли о давлении полиции на задержанных и о недопуске адвоката. «Ваша честь, на стадии доставления и составления протоколов все ходатайства [и их сохранность] зависят от недобросовестных сотрудников 26-го отдела полиции. Даже если эти ходатайства были заявлены, они никак бы не попали в материалы дела – чтобы скрыть незаконные действия [сотрудников]», – обратился к суду Подольский.

Адвокат познаётся в беде

Представитель АП СПб Владислав Лапинский начал своё выступление с обзора судебной практики. Среди прочего, адвокат сослался на решение 2КСОЮ и Симоновского районного суда Москвы по жалобе адвоката Марии Эйсмонт. «Практика говорит о том, что недопуск адвоката ввиду плана “Крепость” или по другой причине является незаконным», – подытожил он.

Лапинский указал, что соглашение в пользу третьего лица – обычная практика для адвокатов. И добавил, что все интересующие суд детали документа были предоставлены в справке от адвокатского бюро, а показывать само соглашение без согласия доверителя нельзя. «К сожалению или даже к счастью, но у нас есть адвокатская тайна», – напомнил он.

Второй представитель палаты Никита Тарасов подтвердил, что соглашение в пользу третьего лица абсолютно законно. И пояснил, что заключить соглашение напрямую с задержанным не всегда возможно чисто физически. Для полицейских эта информация оказалась явно в новинку. «Когда лица вообще не знают, есть ли у них адвокат, каким образом они должны согласиться [на защиту] или нет? В данном случае мы говорим о каком-то соглашении, реквизиты которого даже секретны», – посетовала представительница УМВД.

– А есть у вас подтверждение, что хоть один из доверителей отказался от юридической помощи? – спросил Тарасов.

– На заседании 9 марта все, кто были опрошены, говорили, что не были знакомы с этим адвокатом, соглашения у них не имелось...

– Ответьте, пожалуйста, на мой вопрос. Есть ли подтверждение, что [задержанные] отказались от помощи Подольского?

– Дело в том, что сторона административного истца не задавала такой вопрос.

– А вы задавали? Была такая возможность?

– Это были ваши свидетели.

– У вас была возможность?

– Это были ваши свидетели. Вы не задали такой вопрос – соответственно, ответа не было.

– Вы задали такой вопрос?

– И вы не задавали такой вопрос.

– Ответьте, пожалуйста, вы задали такой вопрос?

Адвокат так и не добился устраивающего его ответа – и обратился к суду: «Когда я работал по назначению, я тоже не знал своих доверителей. Пришла заявка – я пришёл и познакомился. Это ситуация совершенно нормальная, когда доверитель, которому требуется помощь, не знает своего адвоката».

Представительница УМВД попросила ответную реплику: «Судом был опрошен истец – и мы видим, что дальше он представлял [в суде] меньше 50% этих граждан. Поэтому говорить, что прям все воспользовались его услугами, мы не можем». На этом моменте судья завершила заседание.

Автор: Юрий Слинько

Редактор: Александр Черных (ИД «Коммерсантъ»)

«Адвокатская улица» не сможет существовать
без поддержки адвокатской улицы
Продолжая использовать наш сайт, вы даете согласие на обработку файлов cookie.