16.11.2020

«Подписывай, подписывай, всё нормально будет»

«Подписывай, подписывай, всё нормально будет» «Подписывай, подписывай, всё нормально будет»

Обвиняемый по делу Хасавова отказался от ранее данных показаний

Иллюстрация: Вера Демьянова
Процесс
Дело адвоката Хасавова

Измайловский суд Москвы допросил Вадима Юсуфова, которого вместе с адвокатом Дагиром Хасавовым и Абдусаламом Джамалутдиновым обвиняют в давлении на представителя потерпевшего. Сразу после задержания Юсуфов дал признательные показания и был отпущен под домашний арест. Однако на заседании он заявил, что следователь исказил его слова и добавил в протокол выгодные для обвинения формулировки. Юсуфов также рассказал, что подписал документы из-за уговоров «назначенца». СМИ не были допущены на суд из-за коронавирусных ограничений, поэтому «Улица» подготовила репортаж на основе аудиозаписи заседания, предоставленной защитой Хасавова.

Развал преступной группы

В среду, 11 ноября, в Измайловском суде Москвы состоялось очередное заседание по делу адвоката Дагира Хасавова. Напомним, обвинение утверждает, что он добивался ложных показаний от представителя потерпевшего (ч. 4 ст. 309 УК) – и якобы создал для этого организованную преступную группу. В прошлом году адвокат защищал Раюдина Юсуфова – заместителя бывшего премьера Дагестана Абдусамада Гамидова. Чиновников обвиняли в хищении бюджетных средств (ч. 4 ст. 160 УК).

Поначалу представитель КУ «Дирекция единого государственного заказчика-застройщика» – потерпевшей стороны – настаивал на отсутствии ущерба от их действий. Новый представитель «Дирекции» Арсен Фатуллаев заявил в суде, что растрата всё-таки была. Тогда, по версии следствия, Хасавов записал три аудиосообщения с угрозами в адрес Фатуллаева и передал ему через Вадима Юсуфова (сына обвиняемого чиновника Раюдина Юсуфова) и Абдусалама Джамалутдинова. Сам адвокат вину не признаёт и считает дело сфабрикованным. Хасавов был взят под стражу 18 сентября 2019 года, сейчас он находится в столичном СИЗО-4 «Медведь».

В заседании 11 ноября на вопросы судьи, адвокатов и прокурора отвечал обвиняемый Вадим Юсуфов. В первые дни после задержания, в сентябре 2019 года, он дал признательные показания и был переведён под домашний арест. Тогда же на допросе (протокол есть у «АУ») он признал, что по указанию Хасавова передал Фатуллаеву сообщения с угрозами – с целью вынудить его изменить свои показания.

Своё выступление в суде Юсуфов начал с возмущения формулировками обвинительного заключения. Он заявил, что не состоял в преступной группе с Хасавовым – и что адвокат не просил его пересылать сообщения Фатуллаеву или оказывать на него какое-либо давление. Юсуфов пояснил, что в сентябре 2019 года не мог присутствовать на заседаниях по делу отца в Лефортовском суде. Поэтому Хасавов каждый раз рассказывал ему о том, что там происходило – в том числе в мессенджере WhatsAрp.

«Это было наше обычное общение, – заявил Юсуфов, – Все считали показания Фатуллаева лживыми, вся наша родня. Я хотел узнать, почему он лгал. Дагир Хасавов спросил – есть ли старшие кто-то в роду? Пусть старшие ваши соберутся, сходят к ним и узнают, зачем он дал лживые показания».

Мужчина рассказал суду, что не увидел в этих аудиособщениях от Хасавова «ничего криминального». При этом, по его словам, родственников Фатуллаева он искать не стал и сам с ним не встречался. Юсуфов заявил, что переслал сообщения адвоката своему дяде, который работал вместе с Фатуллаевым в министерстве ЖКХ Дагестана. Родственник передал эти сообщения Фатуллаеву. «Через несколько дней, 18 сентября, меня задержали. Якобы Дагир является организатором, а мы исполнителями. Но что мы исполнили? – возмутился Юсуфов. – То, что я переслал эти сообщения? Но они были у всей родни, все их слушали – их тоже теперь судить?»

«Послушал, вразумился»

Первым задавать вопросы начал Александр Лебедев, защитник Хасавова. Он уточнил, давал ли Хасавов прямое указание пересылать сообщения Фатуллаеву. Юсуфов ответил, что сделал это по собственной инициативе. Тогда адвокат повторил вопрос, процитировав в нём формулировки из обвинительного заключения.

– Хасавов поручал вам искать и привлечь для осуществления преступления других лиц, не осведомленных об их преступных намерениях, в том числе для осуществления контакта с Фатуллаевым? – спросил Лебедев.

– Нет. Я сам отправил дяде. Телефона Фатуллаева я не знал, а дядя работал с ним в соседних отделах.

– Какая цель была передачи этих сообщений?

– Изначально Хасавов просил, чтобы мы собрались родственниками и сходили к его родственникам. Выяснили, почему он дал лживые показания. Но я никого не собирал. Единственное, что сделал – отправил через дядю, чтобы Фатуллаев послушал, вразумился.

Уточняющие вопросы задал и обвиняемый Хасавов.

– Вы сказали, что хотели, чтобы он «вразумился». Вы дополнительно что-то просили, чтобы он изменил показания?

– Нет, я сказал дяде: «Передай, может, послушает, совесть взыграет». Больше никаких обсуждений не вели.

Адвокат второго обвиняемого, Абдусалама Джамалутдинова, спросила, требовал ли Хасавов привлечь её подзащитного для встречи с Фатуллаевым. Юсуфов ответил, что не получал от Хасавова таких просьб – и сам не просил Джамалутдинова встречаться с потерпевшим. По его словам, он даже не знал, что они знакомы. Юсуфов добавил, что переслал Джамалутдинову сообщения Хасавова, потому что его брат также проходил обвиняемым по делу против Юсуфова-старшего – и они неоднократно обсуждали происходящее в суде.

«Если ты мужик, то говори, как оно есть»

Прокурор потребовал от Юсуфова ещё раз прояснить содержание полученных им от Хасавова сообщений. Юсуфов повторил, что адвокат лишь просил узнать у родственников Фатуллаева, зачем тот лгал на суде.

– А зачем Хасавов вам эти вопросы задавал?

– Город маленький, все друг друга знаем. Чтобы я пошёл и узнал у [его] родственников, зачем он так поступил. Ведь это касается моего отца, я же должен для себя знать, зачем он оговорил моего отца.

Дальше прокурор задал Юсуфову те же вопросы, что и адвокат Лебедев. Так, он интересовался, зачем и по чьей инициативе Юсуфов переслал сообщения своему дяде. Юсуфов вновь рассказал, что решил так сделать сам, потому что дядя знал Фатуллаева. Прокурор с некоторым раздражением продолжил задавать уже не раз звучавшие на заседании вопросы.

– У вас была цель, чтобы Фатуллаев изменил свои показания?

– Нет. Я хотел, чтоб он сказал правду.

– Я не до конца понял. С одной стороны, вы говорите, что цели добиться изменения показаний не было. А с другой – что хотели, чтобы он сказал правду.

– Это не изменение. Мы хотели для себя узнать, зачем он так сказал. Если ты мужик, то говори, как оно есть, а не «тебе написали».

– То есть изменил показания на те, что вы считаете правдивыми?

– Изменить (показания – «АУ») его никто не просил. Чтоб правду сказал и больше ничего.

Диалог зашел в тупик. Тогда прокурор попытался сформулировать вопрос иначе. Он попросил рассказать, зачем Юсуфову и Хасавову были нужны встречи старейшин, если их целью не было изменение показаний. Напомним, что на прошлом заседании один из свидетелей рассказал про дагестанский обычай «маслиат», когда к старшим представителям семьи обращаются по вопросам, связанным с поведением младших.

Юсуфов рассказал, что этот обычай предполагает разрешение спорной ситуации более опытными членами рода. При этом он заверил гособвинителя, что в ходе такого разговора никто бы не стал оказывать давления на Фатуллаева. «Стороны обосновали бы свои позиции, решили, кто прав, пожали руки и разошлись», – пояснил Юсуфов.

– Но зачем вам нужно обоснование этой позиции? – продолжал прокурор.

– Пусть он скажет перед старшими: «Извините, так получилось, на меня было давление, с работы бы уволили».

«Хочу я этого, не хочу – меня никто не спрашивает»
В суде допросили потерпевшего по делу адвоката Хасавова

Прокурор заметил, что слова Юсуфова противоречат ранее данным показаниям – и попросил зачитать их в судебном заседании. Защитники Хасаова и Джамалутдинова не возражали. После оглашения показаний Юсуфов заявил, что следователь исказил его слова в протоколе допроса.

Обвиняемый Вадим Юсуфов

Там есть то, что я говорил, а есть куча всего, чего не говорил. Я не говорил, что Хасавов просил меня пересылать голосовые сообщения, и что они специально создавались, чтобы добиться изменения показаний.

Дагир Хасавов спросил, откуда в протоколе допроса взялись многократно повторяющаяся формулировка «по указанию Хасавова». Юсуфов ответил, что эти слова следователь добавил в протокол сам. Тогда судья поинтересовался, почему Юсуфов не внёс исправлений в протокол, если бы с ним не согласен.

– Вы знакомились с протоколом? – спросил судья.

– Знакомился... ну… не могу сказать, почему не подавал замечаний. Когда ещё шёл допрос, за мной приехал автозак, везти из ИВС на суд по мере пресечения. На меня надели наручники и сказали: «Всё, собирайтесь».

– То есть вы торопились?

– Я не торопился, я готов был там сидеть сколько надо, читать протокол. Но меня торопили сотрудники ИВС и следователь. Адвокат по назначению Стас Арсентьев уже в коридоре дал мне копии протокола, чтоб я подписал. Я посмотрел одну страницу – там такой абсурд, я этого не говорил. А адвокат говорит: «Подписывай, подписывай, какая разница, что там. Всё нормально будет».

Заявив, что в протоколе допроса следователь исказил его слова, Юсуфов попросил суд учитывать лишь те показания, которые он дал на заседании. Он уточнил, что признаёт вину лишь частично.

Обвиняемый Вадим Юсуфов

Я в этих сообщениях ничего плохого не вижу. То, что мы создали «группу», я отрицаю. Я признаю, что довёл до Фатуллаева эти сообщения. Может, они его испугали. Если так, то рассматривайте моё дело отдельно, я это делал не под влиянием Хасавова.

У адвокатов и прокурора вопросов больше не было и заседание на этом закончилось. Адвокат Александр Лебедев в беседе с «Улицей» признал, что в основу обвинения легли первоначальные показания Вадима Юсуфова. «Но суд должен оценивать всё в совокупности, – уверен адвокат. – Поэтому в судебном заседании мы стараемся установить истину. Я считаю, что уже сейчас можно сказать: доказательств, что кто-то хотел расправиться или угрожать потерпевшему, в деле нет». Следующее заседание состоится 18 ноября.

Что происходило на предыдущих заседаниях

Напомним, дело Хасавова начали рассматривать по существу в Измайловском суде Москвы 16 августа. Дагир Хасавов заявил, что положенная в основу обвинения аудиозапись, якобы содержащая угрозы в адрес потерпевшего, была адресована сыну его доверителя. Передавать сообщение третьим лицам адвокат не планировал. По мнению Хасавова, следствие криминализовало законное намерение опросить потерпевшего. «Улица» публиковала расшифровку этих голосовых сообщений.

На втором заседании 26 августа показания дал потерпевший Арсен Фатуллаев. Он заявил, что плохо помнит содержание сообщений с угрозами, поскольку давно их удалил. Тогда прокурор зачитал данные им на следствии показания, где потерпевший отвечал подробнее. Защита предположила, что первоначальные показания Фатуллаев дал под давлением, и протестовала против приобщения их к делу. Однако суд встал на сторону прокуратуры.

На следующем заседании, 3 сентября, должен был выступить второй свидетель обвинения Абдулахад Юсуфов, но из-за его неявки слушание отложили. 17 сентября суд по ВКС допросил свидетелей из Махачкалы – в том числе гражданскую жену бывшего премьера Дагестана Абдусамада Гамидова. По словам родственников Хасавова, она заявила, что на момент дачи первоначальных показаний в отношении потерпевшего Фатуллаева проходила проверка по делу о растрате. Суд отклонил ходатайство защиты о направлении соответствующего запроса в правительство республики. Спустя месяц, 16 октября, в суд не явился эксперт Института криминалистики ФСБ, готовивший заключение для следствия. Заседание перенесли.

23 октября суд допросил двух свидетелей обвинения – cына бывшего премьер-министра Дагестана Магомеда Гамидова и депутата Народного собрания республики Сиражудина Гамидова. Оба свидетеля заявили, что следователь исказил их показания в протоколе допроса. Магомед Гамидов сообщил, что ему угрожали уголовным делом, если «в показаниях будет что-то не так». На заседании 2 ноября суд допросил ещё одного свидетеля обвинения, получить запись «Улице» не удалось. На последнем заседании 6 ноября гособвинитель огласил имеющиеся в деле доказательства вины Хасавова, Джамалутдинова и Юсуфова.

Автор: Елена Кривень

Редактор: Александр Черных (ИД «Коммерсантъ»)

«Адвокатская улица» не сможет существовать
без поддержки адвокатской улицы
Продолжая использовать наш сайт, вы даете согласие на обработку файлов cookie.