07.05.2020

«Правосудие практически остановилось»

Джованни Джулиано и Гвидо Пьяццони
Джованни Джулиано и Гвидо Пьяццони
Адвокаты из Италии

Итальянские защитники рассказали о работе во время эпидемии

Процесс
Защита в условиях пандемии

«Улица» продолжает рассказ о том, как иностранные адвокаты работают в условиях карантинных ограничений: после Кипра, Грузии и Индии мы поговорили с защитниками из Италии. Эта страна первой в Европе столкнулась с полномасштабной эпидемией – и ситуация здесь до сих пор остаётся крайне тревожной. Адвокаты Гвидо Пьяццони и Джованни Джулиано подробно перечислили «Улице» проблемы итальянского правосудия, которые высветил коронавирус: от неумения судей использовать новые технологии до переполненности мест лишения свободы. Вместе с тем, отмечают они, итальянское правительство уже пообещало выплатить пособия для защитников, оставшихся без работы из-за карантина.

«Непоследовательное, некачественное и хаотичное регулирование»

Гвидо Пьяццони: 21 февраля 2020 года вспышка коронавирусной инфекции была зафиксирована на севере Италии, недалеко от Милана – сразу 16 случаев. Через два дня правительство страны установило в ряде небольших городов региона так называемые «красные зоны» с жёсткими карантинными мерами. Но уже 9 марта карантин был введён во всей стране. Большинство организаций перешло на удалённую работу, однако юридические фирмы попали в категорию «необходимых» производств.

Джованни Джулиано: Граждан просят покидать дом только по уважительным причинам, связанным с работой, здоровьем и бытовыми потребностями. Основания для выхода на улицу необходимо подтверждать с помощью так называемой автодекларации (autodichiarazione). Это специальная форма, которую можно получить у полиции или скачать из интернета. Причем внесение туда ложных сведений считается преступлением. Не разрешается просто гулять на улице, за исключением одиночных занятий спортом рядом с домом. Запрещено покидать муниципалитет, в котором проживает гражданин (если это не мешает работе или лечению) И это, разумеется, лишь часть установленных правительством ограничений.

Гвидо Пьяццони: Отмечу, что с начала кризиса правительство приняло более 15 различных постановлений, связанных с распространением COVID-19. И в результате получилось довольно непоследовательное, некачественное и хаотичное регулирование. Что касается работы юристов, то нас серьёзнее всего затрагивает постановление правительства от 8 марта 2020 года № 11/2020. Оно касается деятельности судов во время карантина.

Адвокат Джованни Джулиано

Итальянское правосудие практически остановилось с 7 марта. Вирус блокировал работу судей, адвокатов, секретарей и сотрудников правоохранительных органов.

Гвидо Пьяццони: «Дедлайны» по подаче процессуальных документов и меморандумов, публикации судебных актов – всё это перенесено на неопределённый срок (но не ранее 11 мая 2020 года). То же самое касается и большинства судебных заседаний – они приостановлены минимум до 31 мая. Более того, постановление позволяет председателям судов откладывать судебные заседания и дальше – если, по их мнению, это необходимо для обеспечения безопасности. Судьи решают, на какую дату перенести процесс, с учётом их индивидуального расписания. К примеру, 27 апреля 2020 года я должен был принять участие в судебном заседании. Но оно было перенесено на октябрь, поскольку все остальные дни у судьи уже заняты.

В том же постановлении правительство определило круг «неотложных» процессов. Суды должны продолжить рассмотрение гражданских дел, затрагивающих интересы несовершеннолетних. Это прежде всего усыновление/удочерение, а также защита ребёнка, оставшегося без попечения родителей. Также в списке – надзор за выплатой алиментов; вопросы, связанные с абортами, здоровьем граждан, домашним насилием, правами лиц с инвалидностью. Продолжают рассматриваться дела о выдворении граждан третьих стран за пределы Европейского союза. Но при этом решение о проведении или переносе заседаний принимается судьями по их инициативе (proprio motu) и не подлежит обжалованию сторонами.

Что касается уголовных дел – суды всё так же работают, если надо принять решение по избранию или продлению меры пресечения. Продолжается рассмотрение по существу уголовных дел, в которых подсудимые находятся под арестом или не достигли 18 лет. Суды также проводят заседания в том случае, если необходимо ознакомиться с доказательствами, которые могут не сохраниться. К примеру, судья может быть вынужден провести допрос умирающего свидетеля или изучить биологические следы человека.

«Связь часто прерывается»

Гвидо Пьяццони: Предполагается, что в период эпидемии любые слушания должны проходить посредством видеоконференций – там, где это возможно. Но на деле многие суды противятся проведению дистанционных заседаний. Уже сейчас я могу сказать, что судьи переносят большинство гражданских дел – даже тех, которые подлежат немедленному рассмотрению согласно постановлению правительства № 11/2020. С начала кризиса я не принял участия ни в одном судебном заседании, хотя специализируюсь на семейном праве и на вопросах по защите прав и интересов детей, которые подпадают под перечисленные выше исключения. Это частично можно объяснить тем, что судьи – многие из них преклонного возраста – не привыкли использовать новые технологии. Кроме того, у многих наших судов нет необходимого технического оборудования для организации онлайн-процессов. Там, где суды всё-таки перешли на новые технологии, они используют Skype или платформу Microsoft Teams.

В то же время переход на дистанционное судопроизводство не представляет больших проблем в «письменных» гражданских процессах. Там рассмотрение процессуальных документов сторон может заменить большую часть очных судебных заседаний. Тем более что с 2015 года иски, меморандумы и иные документы в любом случае подаются онлайн. Единственная сложность – по таким делам всё же требуются заседания с допросами свидетелей; сейчас их переносят.

Адвокат Гвидо Пьяццони

А вот уголовные процессы – очные по своей природе. Для них в Италии не характерны заочное рассмотрение или онлайн-процессы. Ведь адвокат должен считывать всё, что происходит в зале суда, чтобы должным образом защитить клиента. Представьте, как сложно во время видеотрансляции понять, что судья думает о допросе свидетеля, куда он/она смотрит, слушает ли вообще он/она этого свидетеля.

Уголовно-процессуальный кодекс в Италии предусматривает возможность проведения дистанционных судебных заседаний только по делам, где подсудимый не должен покидать изолятор (например, есть риск побега). Но даже в таком случае остальные участники процесса должны присутствовать в зале суда.

При проведении заседания по видеосвязи адвокаты лишены возможности конфиденциально общаться с доверителями. Они не могут спросить, что подзащитный думает о происходящем, или, к примеру, является ли достоверной информация, которую сообщают прокурор или свидетель (в Италии подсудимых не сажают в клетки или «аквариумы», они сидят вместе с адвокатом и могут беспрепятственно общаться на заседаниях – «Улица»).

Сейчас, когда проводятся видеозаседания, связь часто прерывается. В результате у свидетелей есть возможность подумать, как лучше ответить на вопрос, поменять свои показания и так далее. А адвокаты, находясь на удалении от доверителя, как я уже говорил, не могут должным образом осуществлять обязанности. Это, в свою очередь, может иметь для подзащитного трагичные последствия.

«Обстановка вызывает серьёзные опасения»

Гвидо Пьяццони: Юристы по уголовным делам сталкиваются с ещё одной проблемой – они не могут посетить клиентов в местах лишения свободы. Единственная возможность поговорить с доверителем сейчас – онлайн-общение через специальные компьютеры, которые подключили для заключённых. Их, очевидно, недостаточно. Чтобы забронировать такой компьютер, адвокаты должны подать письменное ходатайство – и ожидать в длинной электронной очереди. Обычно им удаётся поговорить с доверителем через несколько недель после подачи ходатайства (и не всегда это происходит до заседания).

Сама по себе обстановка в местах лишения свободы вызывает серьёзные опасения. Согласитесь, что переполненные тюрьмы – не лучшая ситуация, когда по стране гуляет крайне заразный вирус.

Джованни Джулиано: Эпидемия, охватившая нашу страну, высветила ещё одну чрезвычайную ситуацию, которая всегда оставалась без должной реакции – проблему переполненности тюрем. В 207 тюрьмах содержится почти 61 тысяча человек, хотя инфраструктура рассчитана на 50 тысяч заключённых. Из них 19 889 – иностранцы, 2 072 – женщины и почти треть – лица, ожидающие суда.

В среднем на 100 мест приходится 120 заключённых. Европейский суд по правам человека неоднократно указывал итальянскому правительству на недопустимость этого. В одной конкретной тюрьме в Риме сейчас содержится 891 человек, хотя она спроектирована на 500 мест. Получается, что плотность населения этой тюрьмы – почти 2 человека на место. И если говорить о распространении коронавируса, то нельзя забывать, что в тюремных учреждениях находятся не только заключённые, но и сотрудники тюремной полиции, административный персонал, юристы, работники здравоохранения и волонтёры. Таким образом, с местами лишения свободы тем или иным образом связаны более 100 тысяч человек.

Гвидо Пьяццони: С начала марта министерство юстиции ограничило перемещение заключённых и любые визиты к ним. Заключённые немедленно начали протестовать – и против введённых ограничений, и по причине страха заразиться вирусом. Их опасения вполне обоснованы, учитывая, что условия содержания не позволяют соблюдать правила социального дистанцирования, а уборка и дезинфекция оставляют желать лучшего. В 27 тюрьмах прошли протесты и бунты, часто носившие насильственный характер. Погибло несколько человек. В городе Фоджа заключённые массово сбежали из тюрьмы.

Полиция остановила тюремные протесты, но ситуация остаётся критичной. Ни мы, ни тюремные врачи не знаем точное количество заключённых, заразившихся вирусом – хотя достоверно известно, что их много. Согласно одному из последних докладов, уже более 200 тюремных полицейских заразились коронавирусом. Одним словом, ситуация в тюрьмах – это бомба замедленного действия, которая может взорваться в любой момент. И мы не можем ничего сделать, чтобы обезвредить эту бомбу.

Правительство попыталось справиться с этой ситуацией: 17 марта было принято постановление о том, что если человек приговорён к лишению свободы на срок менее 18 месяцев, он может ходатайствовать об отбытии наказания дома. Возможность замены тюрьмы на такой «домашний арест» зависит, среди прочего, от категории преступления. Однако эта мера имеет ограниченный эффект и совершенно не решает основной проблемы.

«Мы не знаем, когда вернёмся к нормальной работе»

Гвидо Пьяццони: В целом я бы сказал, что адвокаты, как и большинство населения страны, относятся к ограничениям с пониманием и стараются их соблюдать. Однако это не значит, что юристы должны со всём соглашаться – нет, при необходимости мы критикуем ошибки государства и стараемся что-то улучшить. Мы проживаем исторические события, когда просто не существует правильных ответов. Насколько необходимы введённые ограничения основополагающих (и не только) прав человека? Мы не знаем. Но нет никаких сомнений в том, что наиболее слабые и бедные слои населения стали ещё более социально незащищёнными. И ответственное адвокатское сообщество должно активно действовать, чтобы обеспечить соблюдение прав таких граждан.

Могу сказать, что я горжусь поведением итальянских юристов, которые стараются не оставлять никого в одиночестве и распространять полезную информацию. Национальный совет адвокатов и местные адвокатские палаты делают всё возможное, чтобы привлечь внимание к угрозе нарушения прав граждан. Они разрабатывают «коронавирусные» руководства как для юристов, так и для обычных граждан. К примеру, была подготовлена инструкция для жертв домашнего насилия, число которых, к сожалению, возросло с введением карантина.

Адвокаты работают в условиях, когда у всех нас есть сомнения по поводу будущего. Мы не знаем, когда вернёмся к нормальной работе – но уже сейчас понятно, что мы будем ещё долго использовать онлайн-судопроизводство. Кроме того, надо понимать, что структура адвокатских объединений в Италии не приспособлена к грядущему экономическому кризису – большинство защитников в нашей стране работает в одиночку.

Джованни Джулиано: Боюсь, что прекращение работы в секторе юстиции вскоре приведёт к разрушительным последствиям. Остановка судебной системы оказывает серьёзное влияние на экономическое положение адвокатов, которые в последние месяцы были вынуждены оставаться дома и не работать. Правительство Италии понимает это – оно установило выплату «в результате вынужденных обстоятельств» «reddito di ultima istanza» в размере 600 евро за март и апрель для адвокатов, которые «прекратили, сократили или приостановили свою деятельность или трудовые отношения в результате чрезвычайной ситуации», вызванной COVID-19. В Италии насчитывается 240 тысяч адвокатов, из которых 131 тысяча уже запросили такую выплату. В последние несколько дней были даны разъяснения, что в мае эта выплата может увеличиться до 800 евро.

Гвидо Пьяццони: Адвокатское сообщество более чем поддерживает эту меру. Однако краткосрочные денежные выплаты не дают ответа на вопрос о том, что будет дальше – и сможем ли мы с этим справиться. Я не сомневаюсь в одном: мы, адвокаты, продолжим защищать права граждан до самого конца.

Редакторы: Наталия Секретарёва, Татьяна Третьяк, Александр Черных (ИД «Коммерсантъ»)

«Адвокатская улица» не сможет существовать
без поддержки адвокатской улицы
Продолжая использовать наш сайт, вы даете согласие на обработку файлов cookie.