09.02.2021

«Так можно прослушивать всех адвокатов»

«Так можно прослушивать всех адвокатов» «Так можно прослушивать всех адвокатов»

Более 400 адвокатов требуют прекратить вмешательство следствия в работу защитников

Иллюстрация: Вивиан Дель Рио

На прошлой неделе более 400 адвокатов подписали обращение в поддержку ульяновской коллеги Ирины Савельевой. Её обвиняют в разглашении данных следствия – из-за того, что она привлекла к делу специалиста, не спросив разрешения следователя. Ещё за полгода до возбуждения дела суд санкционировал прослушку телефона Савельевой. По её мнению, суд таким образом дал ФСБ доступ к информации, охраняемой адвокатской тайной. Теперь Савельева планирует обжаловать это постановление – и добиться прекращения «безоговорочного» одобрения судами ОРМ в отношении адвокатов.

Прослушка

К ак ранее писала «Улица», Ирина Савельева защищает бывшего вице-мэра Ульяновска Михаила Сычёва, который летом 2020 года был обвинён в мошенничестве (ч. 4 ст. 159 УК). Адвокат подчёркивает: первые месяцы у неё не было никаких конфликтных ситуаций со следствием – и ничто не предвещало проблем. Впрочем, по этому делу ей пришлось дать подписку о неразглашении данных. В конце сентября Савельева привлекла по делу специалиста N, не передавая следствию никаких данных о нём. В начале октября она по телефону обсудила дело Сычёва со специалистом – и через неделю к тому пришли с обыском. По словам адвоката, в рапорте уполномоченного УФСБ о проведении обыска утверждалось о возможной причастности N к совершённым Сычёвым преступлениям. При этом специалист даже не был знаком с чиновником и никогда с ним не пересекался.

Адвокат предположила, что оперативники узнали о привлечении специалиста из телефонного разговора – и сделала вывод, что её телефон прослушивают. В конце октября она обратилась с жалобой на незаконные оперативно-разыскные мероприятия в Ленинский суд Ульяновска. В ходе заседания следователь заявил, что никаких ОРМ в отношении Савельевой не проводится. Вопрос адвоката, откуда в таком случае следствие узнало о привлечении специалиста, суд проигнорировал. В постановлении (есть у «АУ») суд указал, что адвокат не смогла предоставить объективных доказательств незаконных ОРМ, а её заявления основываются на умозаключениях.

Савельева обжаловала этот отказ, и 20 января 2021 года на заседании апелляционной инстанции неожиданно выяснилось, что прослушка всё-таки была. Оказалось, что ещё 31 августа Ульяновский областной суд санкционировал прослушивание телефонных переговоров и снятие информации с цифровых каналов связи по номеру адвоката Савельевой.

Согласно постановлению (есть у «АУ»), основанием для этого стали представленные УФСБ данные о том, что Савельева якобы располагает сведениями о преступной деятельности Ольги Колесниковой. Эта женщина проходит обвиняемой по тому же делу, что и подзащитный Савельевой – Михаил Сычёв.

Несмотря на то, что документ подтверждал подозрения адвоката о прослушке (и опровергал показания следователя в первой инстанции), суд оставил жалобу без удовлетворения. Адвокат отмечает: поначалу ей показалось, что суд настроен разобраться в этом деле. Но 20 января поведение судьи резко изменилось – в ходе заседания Савельевой даже не разрешили получить копию постановления о прослушке, чтобы заявить новые ходатайства.

Какие ваши недопустимые доказательства

Когда Савельева вышла из суда, к ней подошёл следователь – и повёз её на обыски в доме и офисе. Так адвокат узнала, что в отношении неё возбуждено уголовное дело о разглашении данных предварительного следствия (ст. 310 УК) по делу Сычёва. Следствие посчитало, что она нарушила подписку о неразглашении, когда привлекла к делу специалиста без разрешения следователя.

Савельева уверена, что закон не требовал от неё получать подобное разрешение. В беседе с «Улицей» она сослалась на п. 2 ч. 6 ст. 161 УПК, который разрешает предоставить сведения по уголовному делу привлечённому специалисту «при условии дачи им письменного обязательства о неразглашении указанных сведений без согласия следователя или дознавателя». Она пояснила, что взяла у специалиста соответствующее обязательство – а значит, выполнила требования закона.

Адвокат полагает, что следователь усмотрел в её действиях нарушение лишь потому, что сам неверно трактует УПК. «Они считают, что адвокат не может самостоятельно привлекать специалиста, – пересказала Савельева позицию обвинения “Улице”. – Что я должна была привести специалиста к следователю и спросить у него разрешения. И следователь бы сам отобрал у специалиста подписку». Ещё в ноябре следствие просило палату Ульяновской области дать оценку этому поступку Савельевой. Тогда президент АП Евгений Малафеев сообщил «Улице», что палата не нашла нарушений в действиях коллеги.

Адвокат предположила, что истинной причиной возбуждения дела является желание следствия вывести её из защиты Сычёва; эту версию разделяет и Евгений Малафеев. В итоге дело о разглашении «зависло»: по словам Савельевой, обыски стали единственными следственными действиями в отношении неё. Позже адвокату вернули изъятые при обысках флеш-накопители – и больше она со следователями не встречалась.

«Так можно прослушивать всех адвокатов»

В конце января Савельевой удалось, наконец, получить фотокопию постановления Ульяновского областного суда, которым и была санкционирована прослушка. По её словам, заверенную копию решения и материалы, которые легли в его основу, суд выдать отказался: «Областной суд ответил, что в соответствии со статьёй 12 Закона об ОРД, эти документы хранятся в органах, которые осуществляют ОРД». Она намерена истребовать бумаги у УФСБ – но не уверена, что их выдадут.

В отсутствие заверенного документа Савельева намерена обжаловать постановление о прослушке на основании хотя бы фотокопии. Она считает, что сможет восстановить сроки, поскольку фактически смогла получить фотографию постановления только 29 января. «Обжаловать его в течение 10 дней с даты вынесения – 31 августа – я не могла. Потому что следующие несколько месяцев даже не знала, что в отношении меня вынесено такое постановление», – подчеркнула адвокат.

В своей жалобе (есть у «АУ») Савельева указала, что суд, разрешив прослушку, использовал недопустимую мотивировку. По её мнению, сведения о деятельности Колесниковой, которые хотело получить следствие, относятся к адвокатской тайне.

Адвокат Ирина Савельева

Запрет на ОРМ в отношении адвоката распространяется на мою профессиональную деятельность в плане обладания сведениями о деятельности тех лиц, которые проходят сообвиняемыми по одному и тому же делу вместе с моим подзащитным.

Савельева разъяснила в жалобе: будучи защитником Сычёва, она не только «могла» обладать сведениями о деятельности второго фигуранта дела, «но и обязана [была] ими располагать для выполнения своей непосредственной профессиональной деятельности». Она уверена, что запрашиваемые сведения «входят в адвокатское производство» по делу её доверителя – а значит, согласно ст. 8 Закона об адвокатуре, охраняются адвокатской тайной.

Таким образом, судья, получив ходатайство следствия об ОРМ, должна была сначала выяснить, в каком статусе Савельева проходит по делу Колесниковой. По мнению адвоката, судья даже не попыталась этого сделать: «Из постановления суда не усматривается, пыталась ли судья проверить, являюсь ли я адвокатом самой Колесниковой или кого-то из группы обвиняемых, которые проходят с ней по одному делу, по одному и тому же эпизоду». Савельева напоминает, что в соответствии со ст. 8 Закона об адвокатуре подобные сведения не могут быть использованы в качестве доказательств: «Непонятно, как следователи легализовали бы результаты таких ОРМ. Напишут, что в разговоре с адвокатом она признала свою вину?»

В жалобе адвокат высказала предположение об истинной цели ОРМ: «Выяснение тактики защиты, “подслушивание” моих разговоров с целью выяснить, какие доказательства готовит защита, где их хранит, каких свидетелей планирует представлять». Она полагает, что эти цели прямо противоречат ст. 18 Закона об адвокатской деятельности – поэтому суд не имел права санкционировать такие противоправные действия.

Кроме того, Савельева указала, что постановление о прослушке нарушило её право на неприкосновенность частной жизни. Она потребовала признать постановление незаконным и отменить его.

Защитник надеется, что в случае успеха суды будут внимательнее подходить к вопросу о назначении ОРМ в отношении адвокатов. «Я думаю, это положит конец пагубной практике, сложившейся в Ульяновском областном суде, когда судьи практически безоговорочно разрешают прослушку адвокатов», – полагает Савельева.

Она также рассчитывает, что сведения, добытые в ходе прослушки, не смогут быть использованы в качестве доказательств по ее уголовному делу.

«Такую мотивировку нужно показывать в учебниках»

Савельева считает, что мотивировка, которую использовал суд, выдавая санкцию на ОРМ, представляет угрозу всем адвокатам. Поэтому она намерена обратиться за поддержкой к АП Ульяновской области и в ФПА.

Жалоба адвоката Ирины Савельевой

Следуя «логике» сотрудника УФСБ, всех адвокатов, работающих по групповым уголовным делам, можно таким образом прослушивать. Меня можно прослушивать, потому что я могу располагать сведениями о причастности Колесниковой к противоправной деятельности, а защитника Колесниковой – потому что он может располагать сведениями о причастности к противоправной деятельности моего подзащитного Сычёва, ну и так далее «по цепочке».

При подготовке материала «Улице» не удалось дозвониться до президента АП Ульяновской области Евгения Малафеева, чтобы узнать позицию палаты по поводу мотивировки суда. Но адвокатское сообщество уже отреагировало на этот прецедент. На прошлой неделе коллеги Савельевой опубликовали открытое обращение к Генпрокурору Игорю Краснову, главе СКР Юрию Бастрыкину и директору ФСБ Александру Бортникову. В письме адвокаты указали, что оперативно-разыскные мероприятия нарушили профессиональные права Савельевой, а её уголовное дело связано с защитой Сычёва. Адвокаты потребовали прекратить дело и провести проверку по факту незаконных ОРМ в отношении адвоката. На момент публикации обращение подписали более 400 адвокатов.

Среди тех, кто поставил подпись под обращением, был председатель Комитета АП Ростовской области по защите прав адвокатов Максим Хырхырьян. В беседе с «Улицей» он предположил, что мотивировка постановления суда, разрешившего прослушку Савельевой, может войти в учебники.

Адвокат Максим Хырхырьян

Сама по себе конструкция, которую использовали правоприменители, сотрудники оперативных служб – и которую санкционировал суд – настолько уничтожает вопрос конфиденциальности отношений между адвокатом и клиентом, что трудно подобрать слова. Это необходимо просто прописывать в учебниках – пример, как никогда нельзя делать.

Адвокат надеется на «победу здравого смысла» – как в случае уголовного преследования Савельевой, так и в обжаловании постановления о прослушке.

Член комиссии по этике и стандартам АП Петербурга Александр Мелешко, также подписавший обращение, считает, что такая форма выражения солидарности позволяет сообществу отстаивать свои права на самых высоких уровнях. «На недавнем заседании Совета по правам человека при президенте журналисты смогли продвинуть вопрос о защите своих профессиональных прав, – отметил Мелешко. – По итогам президент дал соответствующие поручения. Обращения многих адвокатов, неравнодушных к сложившейся ситуации, помогают продвинуть тему защиты и наших профессиональных прав». По его мнению, на более «низовых» уровнях ситуацию с нарушением прав адвокатов решить уже невозможно.

Автор: Елена Кривень

Редакторы: Екатерина Горбунова, Александр Черных (ИД «Коммерсантъ»)

«Адвокатская улица» не сможет существовать
без поддержки адвокатской улицы
Продолжая использовать наш сайт, вы даете согласие на обработку файлов cookie.