12.08.2022

Адвокатам здесь не место

Александр Спатарь – о неудачной попытке стать судьёй

Российскую судебную систему часто упрекают в замкнутости и кастовости – ведь среди судей очень мало бывших адвокатов. История Александра Спатаря подтверждает эту тенденцию. Адвокат из Курска хотел стать военным судьёй: у него большой опыт военной службы и профильное образование. Но Высшая квалификационная коллегия отдала предпочтение помощнику военного судьи. Средний балл «судейского» экзамена у соперника Спатаря был ниже – зато за него поручился председатель суда. Александр Спатарь письменно ответил на вопросы «Улицы», как он попытался обжаловать это решение – и почему в судейской системе нечасто встретишь выходцев из адвокатуры.

«Хотел проявить себя с другого ракурса»

– Расскажите, пожалуйста, про свой путь в адвокатуру.

– После школы я решил связать жизнь с вооружёнными силами. Окончил Уссурийское высшее военное автомобильное командное училище. Начал службу в 1996 году на Дальнем Востоке, в 2001 году перевёлся в Курск. Тогда же заочно получил юридическое образование в Курском государственном техническом университете. Я вообще не думал о работе адвоката или судьи – мне просто нравится учиться и получать новые знания.

Занимал разные командные и штабные должности. Последняя – заместитель начальника штаба 39-й автомобильной бригады, воинское звание – майор. А в декабре 2009 года мою часть расформировали. В те годы министр обороны Сердюков затеял оптимизацию вооружённых сил по образцу американской армии, начались массовые сокращения. Я хотел продолжать службу, но из-за этой реорганизации офицерских должностей просто не было.

Незадолго до расформирования нашей части я впервые оказался в гарнизонном военном суде – мы вместе с сослуживцами судились с командиром по поводу невыплаты премий. Тогда суд встал на сторону командира. И я подумал, что мог бы и сам решать такие споры! Ведь я хорошо представляю, чем живут войска, как проходит служба – и у рядовых, и у прапорщиков, и у офицеров. Я изучил ФКЗ «О военных судах» и понял, что отвечаю почти всем параметрам на должность судьи – юридический диплом у меня есть, состояние здоровья хорошее… Единственное, чего мне не хватало – пятилетнего стажа работы по юридической специальности. И у меня возник вопрос, где этот стаж получить.

– И что вы сделали?

– Сначала попробовал устроиться в 56-ю военную прокуратуру. Но там мне однозначно дали понять, что должностей «нет и не будет» – это я цитирую военного прокурора. В 2010 году я нашёл в газете объявление о наборе стажёров в коллегию адвокатов и пошёл туда работать.

Через два года работы стажёром я успешно сдал квалификационный экзамен и получил статус адвоката. С 2015 года учредил адвокатский кабинет, специализируюсь на гражданских, уголовных и административных делах.

– Почему вы не оставили идею стать судьёй? Чего вам «не хватало» в профессии адвоката?

– Всего хватало, адвокат – очень интересная профессия. Единственное, мне не нравится, что в суде можно очень долго ждать начала заседания – они редко начинаются в назначенное время. Согласен, что есть и объективные причины, но время-то тратится моё. Запланированные дела никто не отменял, поэтому приходишь на работу раньше, уходишь позже, в выходные дни тоже трудишься.

Дело в том, что я всё ещё мечтал вернуться на военную службу – но так, чтобы пригодился мой юридический опыт. Поэтому и стремился стать военным судьей.

Адвокат Александр Спатарь

Служба мне близка, и я хотел проявить себя в ней с другого ракурса – чтобы решать споры с участием военнослужащих.

– Что вы для этого предприняли?

– В 2019 году я успешно сдал экзамен в Высшей экзаменационной комиссии на должность военного судьи. Это комиссия общая для гражданских и военных, но вопросы немного отличаются. Потом я попробовал получить в ВККС рекомендацию на должность судьи гарнизонного военного суда.

26 мая 2021 года на сайте Высшей квалификационной коллегии судей я увидел вакансию судьи Спасск-Дальнего гарнизонного военного суда. Тогда я работал в Курске, но был готов переехать. Я направил заказным письмом все необходимые документы, которые указаны в законе «О статусе судей», и стал дожидаться вызова в заседание ВККС. Но 14 декабря 2021 года ВКСС отдала предпочтение другому кандидату, [помощнику судьи] Евгению Ротко.

«Я готовился к экзамену на протяжении трёх лет»

– Почему вы решили обжаловать решение ВККС в Верховном Суде?

– Я посчитал, что ВККС приняла заключение с нарушением принципов справедливости и беспристрастности. По моему мнению, [при поиске судьи] предпочтение отдаётся помощникам судей, хотя в законодательстве я этого приоритета не обнаружил. По крайней мере, при отборе в военные суды – за другие говорить не берусь. Поэтому я направил жалобу в Верховный Суд.

На мой взгляд, комиссия незаконно учла письмо председателя Тихоокеанского флотского военного суда Сергея Михайлюка. В нём он поддержал кандидатуру моего оппонента. Ротко – бывший следователь, который с 2018 года работал помощником судьи Тихоокеанского флотского суда. Конечно, Михайлюк его хорошо знал.

Верховный Суд в своём решении посчитал законным направление этого письма. ВС сослался на п. 6 ст. 21 ФЗ «Об органах судейского сообщества». Там говорится, что в заседаниях квалификационных коллегий судей могут участвовать и высказывать своё мнение в том числе председатели и заместители председателей судов. Но в самом заседании председатель Тихоокеанского флотского военного суда не участвовал. А значит, он составил своё письмо только при рассмотрении одной кандидатуры – Ротко. Мою кандидатуру он не рассматривал, мнения по мне не высказывал. Поэтому я считаю, что тут нельзя применить эту статью.

– Какие ещё аргументы вы приводили?

– По закону «О статусе судей» коллегия принимает решение с учётом результатов квалификационного экзамена. У меня средний балл по экзамену 4,16 – выше, чем 4,0 у Ротко. Но ВККС и ВС учитывали только общий балл: так получается, что у меня оценка «хорошо» – и у моего оппонента «хорошо».

Но больше всего вопросов у меня вот что вызвало. Одним из оснований не рекомендовать на должность судьи указали отсутствие у меня опыта работы в системе военных судов. Но закон «О статусе судей» включает в юридический стаж время работы в качестве адвоката или нотариуса. Ни закон «О статусе судей», ни ФКЗ «О военных судах» не говорят, что нужно иметь опыт работы в системе военных судов. А значит, я соответствовал всем требованиям!

Более того – другие заключения ВККС подтверждают, что для рекомендации на должность судьи гарнизонного военного суда опыт «в системе» не обязателен. В частности, 28 января 2020 года на подобную должность рекомендовали помощника транспортного прокурора. А 24 марта 2020 года – следователя межрайонного следственного отдела. Они не были работниками военных судов, но им это не помешало получить рекомендацию.

– А как ВККС ответила на эти претензии?

– Из ВККС поступили возражения на мой иск. В которых они по сути указали лишь, что кворум был соблюдён, все члены коллегии проголосовали против. Представитель комиссии в суд не явился.

– Какое решение принял Верховный Cуд?

– Ожидаемое. 5 апреля 2022 года суд отказался удовлетворять иск.

Адвокат Александр Спатарь

Замечу, что судьи Верховного Cуда также получают рекомендацию от ВККС. Соответственно, судья, принявший это решение, в своё время также получил рекомендацию в ВККС. Но оснований для отвода судьи у меня не было – как и веры в справедливое решение.

– Вы не согласились с выводами Верховного Cуда и обжаловали их в апелляционной коллегии ВС. Что указали в жалобе?

– Моё несогласие сводится к тому, что я считаю рекомендательное письмо незаконным. Я уверен, что необходимо было обратить внимание на лучший средний балл. Также я считаю незаконным указание, что меня нельзя рекомендовать из-за отсутствия опыта работы в военных судах. Я замечу, что в решении судья не отразил своё мнение про незаконность отказа из-за отсутствия опыта работы. Но апелляционная коллегия ВС оставила решение без изменения, вообще ничего нового там не прозвучало.

Отдельно я направил жалобу в Конституционный Суд и попросил признать норму п. 6 ст. 21 закона «Об органах судейского сообщества» не соответствующей Конституции в части предоставления председателями судов рекомендательных писем. Особых иллюзий по своей жалобе не строю, однако мнение Конституционного Суда мне интересно.

– Будете ли бороться дальше?

– Сдавшихся всегда больше, чем проигравших. Буду.

– А ещё раз попробуете откликнуться на вакансии военного судьи?

– Перед этим необходимо будет сдать квалификационный экзамен на «отлично». На собственном опыте я понял, что адвокату с оценкой «хорошо» против помощника судьи с такой же оценкой не справиться.

Но дело в том, что оценку «отлично» получить сложно. Я готовился к экзамену по два часа в день на протяжении трёх лет – и на выходе получил четыре балла. Я, конечно, попытаюсь – и если у меня будет «отлично», я попробую ещё раз выставить свою кандидатуру. С четвёркой уже не пойду. Пока я продолжу адвокатскую практику – а там дальше будет видно. Но у меня есть план подготовиться ещё лучше и получить более высокую оценку.

«Помощники судей негласно пользуются приоритетом»

– Как вы оцениваете состояние судебной системы в России? Какие, на ваш взгляд, её главные проблемы?

– По моему мнению, с 1 октября 2019 года – когда начали работу кассационные суды общей юрисдикции – состояние системы значительно улучшилось. Но это касается гражданских и административных дел. По уголовным делам правды добиться гораздо сложнее.

Например, в уголовном процессе есть недопустимые доказательства. Такие доказательства необходимо исключать – а без них предполагается оправдательный приговор. Судьи же стараются не обращать на это внимания – отсюда и огромное количество обвинительных приговоров.

Если по результатам рассмотрения уголовного дела вынесен оправдательный приговор, это буквально оценка «двойка» – и следователю, который расследовал дело, и прокурору, который поддержал обвинение. По закону суды независимы, но по факту в них присутствует обвинительный уклон. Это моё мнение, сложившееся из личной практики.

– Почему сегодня среди судей практически не найти бывших адвокатов?

– В разных регионах по-разному. В Курской области года три назад назначили двух судей из адвокатов.

– Но всё равно кажется, что среди адвокатов не так много желающих сесть в судейское кресло. Почему?

– За всех не отвечу. Может быть, адвокаты, которые хотели стать судьями, прочитают это интервью, увидят, с какими трудностями столкнулся их коллега – и передумают.

А вообще я считаю, что свободный график работы и независимость – главные преимущества профессии, которые не хочется терять.

– В состав ВККС входят 18 судей, 10 представителей общественности и представитель президента. Как вы думаете, есть ли в таком составе недостатки? Может, стоило бы включить в комиссию и адвокатов?

– Меня беспокоит в первую очередь то, что помощники судей пользуются негласным приоритетом. Когда рассматривали мои заявления о рекомендации на должности судей гарнизонных военных судов, у меня дважды спрашивали, почему я не пойду работать помощником судьи. Каждый раз это вызывало у меня недоумение. Я отвечал – а задают ли подобные вопросы претендентам из прокуроров или следователей? И добавлял, что закон не предусматривает какого-то приоритета для помощника судьи. И прямо устанавливает возможность претендовать адвокату на должность судьи.

Адвокат Александр Спатарь

После этого у меня сложилось мнение, что ВККС дискриминирует профессию адвоката.

Не раз у меня спрашивали, согласовывал ли я свою кандидатуру с председателем гарнизонного или окружного суда. И эти вопросы тоже у меня вызывают одно только недоумение. Обычно я отвечал вопросом на вопрос: какой нормативно-правовой акт предусматривает такое согласование?

В итоге я пришёл к такому выводу. Если в ВККС открывается должность военного судьи, то на неё уже согласован человек. На мой взгляд, шансы получить в ВККС рекомендацию без поддержки председателя соответствующего гарнизонного или окружного (флотского) военного суда минимальны.

Предполагаю, что члены ВККС считают помощников судей более подготовленными, ведь они работают в судебной системе. Но я, например, с этим в корне не согласен. Считаю, что оценку подготовленности кандидата определяет экзаменационная комиссия.

А что касается состава ВККС – он установлен законодателем. Но если обратить внимание на ст. 33 Закона об адвокатуре, то в состав квалификационной комиссии региональной АП входят два судьи: один от арбитражного суда и один от суда субъекта. Поэтому я считаю, что для большей открытости ВККС законодателю было бы неплохо включить в её состав и представителя из адвокатского сообщества.

«В судейскую систему “со стороны” пробиться сложно»

– Судьи часто говорят, что адвокаты «обрастают нежелательными связями», которые могут влиять на беспристрастность при работе судьёй. Что вы об этом думаете?

– Всегда есть меры дисциплинарной ответственности. Обратите внимание на сайт ВККС. Там достаточно примеров согласия на привлечение судей в качестве обвиняемых по уголовным делам. Я далёк от мысли, что все эти судьи в прошлом были адвокатами.

– Если среди судей будет больше выходцев из адвокатуры, это само по себе что-то поменяет? Станет ли больше справедливых судебных решений?

– Я этого не знаю. Но я участвовал в делах, где председательствующими были судьи, которые раньше были адвокатами – и особой разницы не заметил.

– А какие требования, на ваш взгляд, должны быть к кандидатам в судьи?

– Я считаю, что нынешние требования к кандидатам вполне соответствуют нынешним реалиям.

– Институт проблем правоприменения при Европейском университете в Санкт-Петербурге опубликовал аналитическую записку «Источники пополнения судейского корпуса РФ и роль аппарата судов». Согласно исследованию, все кандидаты, о назначении которых ходатайствовал председатель суда, получили рекомендации на должность. А более половины из тех, кого не поддержал председатель, не получили рекомендации. О чём это говорит?

– Здесь я хочу напомнить, что законодатель специально принимает определённые меры, чтобы повышать гарантии независимости судей и снижать их зависимость от председателей судов. В частности, в 2018 году внесли изменения в закон «О статусе судей» и изменили роль руководителей судов при назначении судей.

Сейчас положительное решение ККС по кандидатуре судьи направляют председателю – и он в течение 20 дней обязан внести представление о назначении рекомендуемого лица на должность. А до этого было так: если председатель не согласен с решением квалификационной коллегии, он может вернуть его для повторного рассмотрения. То есть законодатель увидел в прошлом варианте «неофициальное влияние» со стороны председателей на отбор кандидатов. И решил повысить гарантии независимости судей.

А теперь вернёмся к истории с рекомендательным письмом. Допустим, кандидат заручился поддержкой председателя суда. Но если его назначат судьёй, он будет чувствовать себя в долгу перед председателем. Это как раз тот случай, который пытался устранить законодатель, внеся изменения в закон «О статусе судей».

– Это же исследование говорит, что в подавляющем большинстве судьями становятся «свои»: секретари, помощники судей, ранее назначенные судьи. Почему судейское сообщество столь закрыто?

– В судейскую систему человеку «со стороны» пробиться довольно сложно. Понятно, что кандидаты из «своих» в большей степени будут отвечать сложившейся системе правосудия – а я выше говорил про сложности уголовных дел.

По-моему, заслуживает внимание позиция председателя ВККС, которую он выразил в своём интервью. Ему говорят: звучат пожелания, чтобы адвокаты становились судьями. А он отвечает: «Обратите внимание: чтобы стать судьёй, нужно отработать пять лет после окончания вуза. За пять лет адвокат становится или успешным, или посредственным, или полным неудачником, у которого нет ни клиентов, ни денег. Успешный адвокат вряд ли пойдёт в судьи – разница в уровне дохода успешного адвоката и денежного содержания начинающего судьи существенная».

Получается, сам председатель ВККС считает адвокатов, претендующих на должности судей, посредственными неудачниками. О чём ещё тут говорить?

Автор: Екатерина Яньшина

Редакторы: Владимир Шведов, Александр Черных (ИД «Коммерсантъ»)

«Адвокатская улица» не сможет существовать
без поддержки адвокатской улицы
Продолжая использовать наш сайт, вы даете согласие на обработку файлов cookie.