01.09.2022

«В адвокатуре ДНР царит ядерная зима»

Михаил Беньяш
Михаил Беньяш
Адвокат АП Краснодарского края

Михаил Беньяш изучил донецкий УПК

Процесс
«Специальная военная операция»

Горячее обсуждение работы российских адвокатов в ЛНР и ДНР оставило за скобками не менее важный вопрос – в каких условиях приходится практиковать коллегам, оказавшимся на территории признанных Россией республик? Адвокат Михаил Беньяш решил изучить правовые нормы, действующие на территории, где полностью отсутствуют институты гражданского общества – и пришёл от прочитанного в ужас. Он делится с читателями «Улицы» своим анализом УПК ДНР – и всерьёз опасается, что российские «заморозки права» могут смениться донецкой «ядерной зимой».

Utopia

С разу скажу: если бы адвокаты Вагин и Ершов не поехали вигилантами в ДНР с последующей раздачей признательных интервью, то я бы не стал читать законы ДНР. Как и большая часть адвокатов, я пребывал в убеждении, что это лишь копия российских законов. А если так, то смысл их изучать? Брезгливо.

Но после интервью мне захотелось разобраться в легитимности действий Вагина и Ершова, которые активно способствовали работе следствия на территории признанной Россией суверенной ДНР. Оказалось, что местный Закон об адвокатской деятельности и адвокатуре – практически копия одноимённого российского закона. И в нём тоже есть императивная норма: адвокатской деятельностью на территории ДНР могут заниматься только адвокаты, внесённые в республиканский реестр. К сожалению, страничка с реестром адвокатов ДНР стабильно выдаёт ошибку 502, поэтому невозможно выяснить, внесены ли туда Вагин и Ершов (я лично думаю, что нет).

Но раз начав знакомиться с законодательством ДНР, я уже не смог остановиться. И в ходе его осмысления у меня появилась тревожная гипотеза.

Предположим, что российские власти, содержащие и курирующие ДНР, хотели создать там идеальное с их точки зрения государство. Соответственно, и законодательство ДНР должно быть для них таким же «идеальным». Значит, рассуждал я, можно, исследовав эти законы – на первый взгляд, очень похожие на наши, – и понять, какие нормы кураторы ДНР считают хорошими, а какие нет. Так мы сможем понять, какого вектора законотворчества нам стоит ожидать в России – при полном исключении из законодательного процесса свободных СМИ, многопартийной системы, развитой адвокатуры и правозащитных организаций. Всех тех институтов, которые в ДНР изначально отсутствуют.

Начал я, разумеется, с двух самых «родных» документов: Закона об адвокатской деятельности и УПК ДНР. Первый отличается от российского в основном тем, что избрание совета и президента адвокатской палаты ДНР осуществляется на собрании или конференции всех адвокатов ДНР. Российские адвокаты этого права лишены.

А вот УПК читался гораздо интереснее. Оказалось, что он заслуживает очень тщательного анализа – как памятник правовой эволюции в условиях полного подавления всех институтов гражданского общества. УПК ДНР – это не бездумное копирование УПК России. Авторы подошли творчески, и в некоторых случаях за образец брали совсем другой уголовно-процессуальный закон. Поскольку я не учёный, не теоретик, то в некоторых своих выводах могу ошибаться – а в случае с УПК ДНР даже хочу ошибаться. Было бы здорово, если бы мои более опытные и компетентные коллеги проверили правильность этих выводов, как в формате дискуссии, так и опровержения.

Чтобы упростить дальнейший текст, я сделал сравнительную таблицу – как в «Консультанте» – и снабдил её своими комментариями. Здесь сравнивается не весь УПК ДНР с УПК РФ, а лишь самые любимые и «рабочие» нормы адвокатов.

А теперь приступим. Но сразу предупреждаю: у российских адвокатов-криминалистов дальнейший текст может вызвать лёгкий разрыв шаблона.

Чего нет, того нет

Вместо главы «Принципы уголовного производства» в УПК ДНР есть «Основные положения». И некоторые общепринятые принципы уголовного процесса в УПК ДНР не прописаны. Например презумпция невиновности. В УПК ДНР её просто нет. Этот было самым первым и несколько неожиданным открытием, которое морально подготовило меня к другим.

УПК РФ УПК ДНР

1

Статья 14. Презумпция невиновности

1. Обвиняемый считается невиновным, пока его виновность в совершении преступления не будет доказана в предусмотренном настоящим Кодексом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда.

2. Подозреваемый или обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность. Бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту подозреваемого или обвиняемого, лежит на стороне обвинения.

3. Все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном настоящим Кодексом, толкуются в пользу обвиняемого.

4. Обвинительный приговор не может быть основан на предположениях.

Нет

Следы «недоудалённой» из первоначального российского текста презумпции невиновности можно найти в ч. 2 ст. 22 УПК ДНР: «Суд, прокурор, следователь и лицо, производящее дознание, не вправе перекладывать обязанность доказывания на обвиняемого». А в ч. 2 ст. 344 УПК ДНР можно зацепиться за фразу «Обвинительный приговор не может быть основан на предположениях». Но принципа признания лица невиновным до вступления обвинительного приговора в силу в УПК ДНР просто нет.

Идём дальше.

УПК ДНР гораздо более скуден в раскрытии терминов. Многих довольно важных для российского уголовного процесса терминов – «алиби», «непричастность», «реабилитация» – здесь нет.

УПК РФ

УПК ДНР

2

Статья 5. Основные понятия, используемые в настоящем Кодексе (62 термина, включая два утративших силу)

Статья 33. Разъяснение значения терминов Кодекса (20 терминов)

А ещё УПК ДНР не предусматривает самой возможности признания доказательств недопустимыми. Также он не содержит запрета на использование доказательств, полученных с нарушением УПК. То есть зайдя в процесс в суде ДНР, вы не сможете заявить о признании доказательств недопустимыми. Адвокаты ДНР лишены очень серьёзного и важного инструмента защиты.

УПК РФ

УПК ДНР

3

Статья 75. Недопустимые доказательства

Нет

В ДНР не существует института присяжных заседателей. Рассмотрение дела ведётся либо судьей единолично, либо – в делах по обвинению в особо тяжком преступлении – коллегией из трёх судей по ходатайству подсудимого. Да, в УПК ДНР есть упоминания о «народных заседателях» – но их компетенция и количество в кодексе не определено.

УПК РФ

УПК ДНР

4

Глава 42.Производство по уголовным делам, рассматриваемым судом с участием присяжных заседателей

Нет

Следующее фундаментальное различие двух УПК я хотел оставить без комментариев. Но редакция «Адвокатской улицы» потребовала его дать, пояснив, что «Улицу» читают не только адвокаты – и многим будет непонятно молчаливое негодование автора.

УПК РФ

УПК ДНР

5

Защитник

ст. 49 ч. 4

Адвокат вступает в уголовное дело в качестве защитника по предъявлении удостоверения адвоката и ордера.

Защитник

ст. 44 ч. 4.

Защитник допускается к участию в деле на любой стадии процесса.

5. О допуске защитника к участию в деле лицо, производящее дознание, следователь, прокурор, судья выносят постановление, а суд – определение.

До 2017 года российский УПК тоже предусматривал разрешительный характер вступления адвоката в дело для защиты. У нас тоже было прописано не «вступает», а «допускается». Однако потом Конституционный Суд указал: закон не предполагает никакого «разрешения» следователя на этот счёт. А значит, достаточно предъявить удостоверение адвоката и ордер, подтверждающий заключённое с ним соглашение о защите. «Выполнение адвокатом процессуальных обязанностей защитника не может быть поставлено в зависимость от усмотрения должностного лица или органа, в производстве которого находится уголовное дело», – заявил КС. По словам Суда, иное понимание норм уголовно-процессуального закона противоречило бы предписаниям ч. 2 ст. 48 Конституции Российской Федерации.

Здесь отмечу: ст. 41 Конституции ДНР дословно повторяет положения ст. 48 Конституции РФ. Однако нормативное развитие этой конституционной нормы в УПК ДНР отвечает скорее праву СССР, чем современной России.

Смотрим дальше.

Российский УПК предусматривает безусловное право обвиняемого на получение помощи профессионального защитника – в любых уголовных делах. А вот УПК ДНР предусматривает обязательное участие защитника лишь для отдельных уязвимых категорий (несовершеннолетние, не владеющие языком, имеющие психические или физические проблемы и т. п.) Либо если возможное наказание предусматривает пожизненное заключение или смертную казнь. А также в суде второй инстанции – если ставится вопрос об ухудшении положения обвиняемого.

И всё.

УПК РФ

УПК ДНР

6

Статья 51. Обязательное участие защитника

Участие защитника в уголовном судопроизводстве обязательно, если:

1) подозреваемый, обвиняемый не отказался от защитника в порядке, установленном статьей 52 настоящего Кодекса.

Статья 45. Обязательное участие защитника

Нет

Лучше бы не было

Однако авторы УПК ДНР нашли чем обогатить юриспруденцию. Они предложили свой, оригинальный ответ на вопрос, вправе ли адвокат отказаться от принятой защиты.

УПК РФ

УПК ДНР

7

Статья 53. Полномочия защитника

Не содержит такого положения

п. 6 ч. 4 ст. 6 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»

Адвокат не вправе отказаться от принятой на себя защиты.

Статья 48. Обязанности и права защитника

7. После допуска к участию в деле защитник-адвокат вправе отказаться от выполнения своих обязанностей только в случаях:

1) если есть обстоятельства, которые согласно статье 66 настоящего Кодекса исключают его участие в деле;

2) если он свой отказ мотивирует недостаточными знаниями или некомпетентностью.

Дискуссия о праве на отказ давно идёт в российской адвокатуре, в том числе и среди мэтров. Решения предлагаются разные, но до такого в российской адвокатуре ещё никто не додумался. Видимо, в связи с недостаточными знаниями и компетентностью.

Следующая важная тема – основания для исключения участия защитника в уголовном деле. В п. 4 ч. 1 ст. 66 УПК ДНР перечислены несколько таких причин, которых в российском кодексе пока нет.

УПК РФ

УПК ДНР

8

Статья 72. Обстоятельства, исключающие участие в производстве по уголовному делу защитника, представителя потерпевшего, гражданского истца или гражданского ответчика

Таких норм в российском УПК нет.

Статья 66. Обстоятельства, исключающие участие в деле защитника

1. Защитником не может быть лицо:

4) в отношении которого возбуждено уголовное дело.

4. Не может быть защитником лицо, которое, злоупотребляя своими правами, препятствует установлению истины по делу, затягивает расследование или судебное разбирательство дела, а также лицо, которое нарушает порядок в судебном заседании или не выполняет распоряжений председательствующего во время судебного рассмотрения дела.

Впрочем, отечественная практика судопроизводства складывается таким образом, что именно эти основания всё чаще и чаще применяются судами и следствием. Чтобы исключить адвоката из защиты, в отношении него возбуждают уголовное дело, создавая мерой пресечения условия, при которых работа невозможна: «стража», домашний арест или запрет определённых действий. Здесь можно вспомнить истории коллег Ивана Павлова* и Дмитрия Талантова.

Российские суды всё чаще удаляют адвокатов из процесса под предлогом того, что защитник, споря с судом, злоупотребляет правами. Тот факт, что суд и есть место спора, а адвокат – профессиональный спорщик, нашими судами во внимание не принимается.

Но те спорные правоотношения, в сфере которых адвокатура России всё ещё борется, в ДНР приняли вполне нормативную форму. Всё это ярко демонстрирует место, авторитет и влияние адвокатуры ДНР.

Иногда они возвращаются

Переходим к теме «стражи». И тут можно сказать только одно. По своей репрессивности, примитивности, непроработанности и непродуманной жестокости нормы УПК ДНР, регламентирующие условия назначения «стражи», куда ближе к аналогичным нормам УПК РСФСР, чем к относительно современным и продуманным нормам УПК РФ. Те регулярно не соблюдаются, но хотя бы существуют – и дают российским адвокатам правовой инструмент для защиты людей. У адвокатов ДНР такого инструмента просто нет.

Табличка будет длинной – но тем нагляднее.

УПК РФ

УПК ДНР

9

Статья 108. Заключение под стражу

1. Заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трёх лет при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения. При избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в постановлении судьи должны быть указаны конкретные, фактические обстоятельства, на основании которых судья принял такое решение. Такими обстоятельствами не могут являться данные, не проверенные в ходе судебного заседания, в частности результаты оперативно-разыскной деятельности, представленные в нарушение требований статьи 89 настоящего Кодекса.

В исключительных случаях эта мера пресечения может быть избрана в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до трёх лет, при наличии одного из следующих обстоятельств:

1) подозреваемый или обвиняемый не имеет постоянного места жительства на территории Российской Федерации;

2) его личность не установлена;

3) им нарушена ранее избранная мера пресечения;

4) он скрылся от органов предварительного расследования или от суда.

1.1. Заключение под стражу в качестве меры пресечения при отсутствии обстоятельств, указанных в пунктах 1–4 части первой настоящей статьи, не может быть применено в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных статьями 159 частями первой – четвертой, 159.1–159.3, 159.5, 159.6, 160, 165 и 201 Уголовного кодекса Российской Федерации, если эти преступления совершены индивидуальным предпринимателем в связи с осуществлением им предпринимательской деятельности и (или) управлением принадлежащим ему имуществом, используемым в целях предпринимательской деятельности, либо если эти преступления совершены членом органа управления коммерческой организации в связи с осуществлением им полномочий по управлению организацией либо в связи с осуществлением коммерческой организацией предпринимательской или иной экономической деятельности, а также статьями 159 частями пятой – седьмой, 171, 171.1, 171.3–172.3, 173.1–174.1, 176–178, 180, 181, 183, 185–185.4 и 190–199.4 Уголовного кодекса Российской Федерации.

2. К несовершеннолетнему подозреваемому или обвиняемому заключение под стражу в качестве меры пресечения может быть применено в случае, если он подозревается или обвиняется в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления. В исключительных случаях эта мера пресечения может быть избрана в отношении несовершеннолетнего, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления средней тяжести.

Статья 169. Заключение под стражу

1. Заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по делам о преступлениях, за которые законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трёх лет.

В исключительных случаях эта мера пресечения может быть применена по делам о преступлениях, за которые законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы и на срок не свыше трёх лет.

Посмотрим, как обстоят дела с обыском. В этой части УПК ДНР также ближе к УПК РСФСР, чем к УПК России. Судебный контроль над следствием значительно снижен – как и конституционные права граждан на неприкосновенность жилища.

УПК РФ

УПК ДНР

10

Статья 182. Основания и порядок производства обыска

3. Обыск в жилище производится на основании судебного решения, принимаемого в порядке, установленном статьёй 165 настоящего Кодекса

Статья 192. Основания для проведения обыска и порядок получения разрешения на его проведение

3. Обыск производится по мотивированному постановлению следователя с санкции прокурора, в том числе в жилище или ином владении лица.

То же самое можно сказать про подход к защите конституционных гарантий на тайну переписки.

УПК РФ

УПК ДНР

11

Статья 186. Контроль и запись переговоров

1. При наличии достаточных оснований полагать, что телефонные и иные переговоры подозреваемого, обвиняемого и других лиц могут содержать сведения, имеющие значение для уголовного дела, их контроль и запись допускаются при производстве по уголовным делам о преступлениях средней тяжести, тяжких и особо тяжких преступлениях на основании судебного решения, принимаемого в порядке, установленном статьёй 165 настоящего Кодекса.

Статья 13. Неприкосновенность жилища, охрана личной жизни граждан, тайны переписки, телефонных переговоров и телеграфных сообщений

5. Прослушивание телефонных и иных переговоров осуществляется по решению суда или с санкции прокурора.

Статья 202. Наложение ареста на корреспонденцию и снятие информации с каналов связи

1. Арест на корреспонденцию и снятие информации с каналов связи может производиться по мотивированному постановлению следователя, санкционированного прокурором при наличии достаточных оснований полагать, что в письмах, телеграфной и иной корреспонденции подозреваемого или обвиняемого другим лицам либо других лиц подозреваемому или обвиняемому, а также в информации, которой они обмениваются с помощью средств связи, содержатся данные о совершённом преступлении или документы и предметы, имеющие доказательственное значение, и если иными способами получить эти данные невозможно.

Тот факт, что решение о необходимости ограничения конституционных прав гражданина на неприкосновенность жилища и тайну переписки (и санкционирование такого решения) осуществляют представители исполнительной власти – это говорит об очень сильном перекосе в системе сдержек и противовесов в государственном устройстве ДНР. И о низком качестве уголовно-процессуального закона.

Что дальше? Ознакомимся с тем, как в УПК прописан процесс ознакомления с уголовным делом. Это очень важный этап работы защиты, который в России постоянно сопровождается спорами и конфликтами со следствием.

Положения УПК ДНР об окончании дела и предъявлении обвиняемому материалов дела по смысловой части идентичны соответствующей норме УПК РСФСР.

УПК РФ

УПК ДНР

12

Статья 217. Ознакомление обвиняемого и его защитника с материалами уголовного дела

3. Обвиняемый и его защитник не могут ограничиваться во времени, необходимом им для ознакомления с материалами уголовного дела. Если обвиняемый и его защитник, приступившие к ознакомлению с материалами уголовного дела, явно затягивают время ознакомления с указанными материалами, то на основании судебного решения, принимаемого в порядке, установленном статьёй 125 настоящего Кодекса, устанавливается определённый срок для ознакомления с материалами уголовного дела.

Статья 234. Объявление обвиняемому об окончании следствия и предъявление ему материалов дела

6. Обвиняемого и его защитника нельзя ограничивать во времени, необходимом им для ознакомления со всеми материалами дела. Однако если обвиняемый и его защитник явно будут пытаться затянуть окончание дела, следователь вправе своим мотивированным постановлением установить определённый срок для ознакомления с материалами дела. Такое постановление утверждается прокурором.

По некоторым преступлениям небольшой тяжести, указанным в ст. 455 УПК ДНР и отнесённым к ведению дознания (заражение венерическими заболеваниями, незаконная охота, небольшая кража и др.), предварительное следствие не проводится. Вместо этого осуществляется «протокольная форма досудебной подготовки материалов». Исходя из смысла ст. 291 УПК, здесь существует возможность ужесточения обвинения судом без возврата дела прокурору – при условии, что обвинение в изменённом виде также не требует предварительного следствия.

В России такое невозможно.

УПК РФ

УПК ДНР

13

Статья 252. Пределы судебного разбирательства

1. Судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению.

2. Изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

Статья 291. Изменение обвинения в суде

1. Во время судебного разбирательства до окончания судебного следствия прокурор вправе изменить предъявленное лицу обвинение.

2. Изменение обвинения не допускается, если этим будут нарушены правила о подсудности или обязательности проведения предварительного следствия. В этом случае при наличии к тому оснований прокурор заявляет ходатайство о возвращении дела на дополнительное расследование.

3. Придя к убеждению, что предъявленное лицу обвинение необходимо изменить, прокурор выносит постановление, в котором формулирует новое обвинение и излагает мотивы принятого решения. Прокурор оглашает постановление и вручает его копии подсудимому, его защитнику и законному представителю, потерпевшему, истцу, ответчику и их представителям. Постановление приобщается к делу.

Отдельно хочется отметить статью 314 УПК ДНР. Это нечто вроде особого порядка судебного разбирательства в УПК РФ. С той принципиальной разницей, что в России «особый порядок» применяется лишь по делам небольшой и средней тяжести, тогда как в ДНР – по всем.

12

Статья 314. Основания применения особого порядка принятия судебного решения

1. По уголовным делам о преступлениях небольшой или средней тяжести обвиняемый вправе заявить о согласии с предъявленным ему обвинением и ходатайствовать о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства в общем порядке.

Статья 314. Определение объёма доказательств, подлежащих исследованию, и порядка их исследования

3. Суд вправе, если против этого не возражают участники судебного разбирательства, признать нецелесообразным исследование доказательств в отношении тех фактических обстоятельств дела и размера гражданского иска, которые никем не оспариваются. При этом суд выясняет, правильно ли понимают подсудимый и другие участники судебного разбирательства содержание этих обстоятельств, нет ли сомнений в добровольности и истинности их позиции, а также разъясняет им, что в таком случае они будут лишены права оспаривать эти фактические обстоятельства дела и размер гражданского иска в апелляционном порядке.

Можно было бы продемонстрировать и массу других существенных различий уголовно-процессуального закона России и ДНР. Но пора закругляться – и переходить к выводам.

Здесь права нет и всё дозволено

Итак, что же мы видим?

В УПК ДНР не существует презумпции невиновности. Объективности ради, отметим, что это право прописано в Конституции ДНР. Но тот факт, что его исключили из текста УПК, прямо говорит об отношении авторов этого документа к такому базовому праву человека. Если честно, мне хотелось бы узнать, кто готовил столь важный законопроект (надеюсь, что это не Бастрыкин, не Крашенинников и не Клишас). Было бы интересно обсудить с авторами некоторые вопросы уголовного процесса. Которые, как мне казалось ранее, в России и всем цивилизованном мире уже давно разрешены.

В УПК ДНР нет нормы о недопустимых доказательствах. «Стража» назначается по всем категориям уголовных дел и в отношении всех лиц без исключения. Ограничение стороны защиты на ознакомление с материалами дела устанавливается следователем и прокурором. Обыск в жилище производится с санкции прокурора, как и снятие информации со средств связи. Адвоката от дела можно отстранить путём возбуждения в отношении него уголовного дела. А судьёй адвокат может быть отстранен за процессуальную активность, за спор и за несогласие с решением судьи. Особый порядок распространяется в ДНР на все категории уголовных дел. Судебный контроль за следствием сведён к минимуму. И да, адвокат сам может выйти из дела, если признает, что «некомпетентен».

Адвокат Михаил Беньяш

Для любого практикующего российского адвоката-криминалиста всё описанное похоже на страшный сон. В российской адвокатуре и так стоят «заморозки», но в адвокатуре ДНР царит ядерная зима.

Всё это – полный back in the U.S.S.R. Но только не в тот U.S.S.R., о котором когда-то пели сэр Пол и сэр Джон, а U.S.S.R. Войновича – с коммунянами и вторичным продуктом. Неудивительно, что на когда-то почти миллионный Донецк в ДНР осталось всего 256 адвокатов, из которых примерно пятая часть приостановила статус. Оно и понятно. Адвокаты – народ вольный. Работать в таких условиях невозможно, сколько-нибудь состязательного процесса ожидать тоже не приходится – а отбывать роль для видимости мало кому из настоящих адвокатов интересно.

Тут, конечно, хочется поговорить о качестве правосудия, которое получили иностранные граждане, приговорённые Верховным судом ДНР к смертной казни. И о качестве правосудия, которое в скором времени получат пленные бойцы батальона «Азов»**. Но об этом пусть рассуждают другие – а я скажу об ином.

Сам по себе феномен права существует лишь там, где есть борьба за право – тут я полностью согласен с Иерингом. Отказ от борьбы за право либо полное уничтожение одного из субъектов этой борьбы (вот как в ДНР) приводят к катастрофической деградации права – и колоссальному откату общества назад. Примерно к такому откату в СССР, какой произошёл в ДНР.

Адвокат Михаил Беньяш

Я читал УПК ДНР и видел перед собой тоталитарное квазигосударство – с униженной, забитой, имитационной адвокатурой. Которая не защищает, а лишь делает вид.

Это действительно страшно. Я не хочу видеть такое в России. А тот факт, что для российских кураторов ДНР такое положение вещей представляется нормальным, пугает вдвойне. Мы знаем, что главный куратор ДНР работает в администрации президента России. И очень не хотелось бы, чтобы «передовой» опыт ДНР прижился и у нас.

По сравнению с адвокатурой ДНР российская адвокатура – огромное и влиятельное сообщество. Пусть и раздробленное, погрязшее в своих внутренних дрязгах; занятое борьбой со следствием и судами, стремлением выжить и заработать денег. Вся эта суета начисто выбила из нас мысли о праве как о том самом искусстве, науке о добре и справедливости. А в России сейчас острый дефицит и добра, и справедливости.

Замороченные тяжким трудом защиты людей, мы забыли, что искусство, которому мы посвятили свою жизнь, тоже нуждается в защите. И те люди, которые борются не за конкретные интересы, а именно за основы права, за абстрактные принципы – презумпцию невиновности, запрет использования доказательств, полученных незаконным путем, судебный контроль за обысками – эти люди не городские сумасшедшие. Они выполняют крайне важную, сдерживающую государство-голема функцию. Эту же функцию выполняют и те, кто отстаивает абстрактные, но при этом очень даже конкретные права – на свободу слова и собраний, на свободные, конкурентные и честные выборы.

По большому счёту, единственным барьером, не допускающим превращения России в ДНР, являются именно эти гонимые и не понимаемые юридическим сообществом защитники искусства права.

УПК ДНР наглядно показывает, насколько жизненно важна борьба за эти принципы, борьба за наше право. Подумайте об этом, коллеги, потому что ДНР с его бесправием куда ближе, чем мы думаем. ДНР совсем рядом. Сегодня ты отказываешься защитить право здесь, завтра отказываешься защитить его там – и вот, здравствуй, ДНР. Обыск на основании санкции прокурора и «стража» по обвинению в преступлении небольшой тяжести. Иеринг писал, что борьба за право есть обязанность управомоченного по отношению к самому себе, а отстаивание права есть обязанность по отношению к обществу. Мы, адвокаты, как носители высокого искусства права обязаны защищать его вдвойне. Мы наделены специальным знанием и специфическим опытом. С нас и спрос больше.

* Внесён в реестр «иноагентов».

** Признан террористической организацией и запрещён в России.

Редактор: Александр Черных (ИД «Коммерсантъ»)

«Адвокатская улица» не сможет существовать
без поддержки адвокатской улицы
Продолжая использовать наш сайт, вы даете согласие на обработку файлов cookie.