16.04.2021

«Недопустима критика, которая разрушает»

Михаил Толчеев
Михаил Толчеев
Вице-президент ФПА

Речь в Clubhouse – о «Деле 32», «доносах» и адвокатской нравственности

Процесс
Поправки в КПЭА

Всероссийский съезд адвокатов прошел в узком составе – как поясняют организаторы, из-за коронавирусных ограничений. Но вчера вечером его итоги неофициально обсуждались в социальной сети Clubhouse. В ходе этой дискуссии вице-президент ФПА Михаил Толчеев высказался о принятой съездом поправке в КПЭА, которая запрещает адвокатам «вмешиваться во внутренние дела других палат». Рассуждая о ней, Толчеев пожаловался на некую «определенную устойчивую группу», которая, по его мнению, «присваивает роль корпоративного надзирателя». Он признал, что закон даёт адвокатам право жаловаться на коллег в правоохранительные органы – но сравнил такое поведение с 1937 годом, когда закон вполне позволял «строчить доносы». «Улица» приводит его выступление, с некоторыми сокращениями и незначительной стилистической редактурой, необходимыми при публикации живой устной речи.

Е сли говорить непосредственно про норму о невмешательстве [в дела других палат]… Во-первых, посмотрите – она более широко сформулирована. Речь идет не только о вмешательстве в дела другой палаты, речь идет и о вмешательстве [в дела] других образований, в которых адвокат не состоит. Это и адвокатские образования, и, вообще-то говоря, доносы адвокатов на адвокатов. Мы с этим в дисциплинарной практике достаточно часто сталкиваемся.

Действительно, «Обращение 32» так называемое, достаточное единичное было. Но сегодня мы наблюдаем очень разрушительную, негативную тенденцию. Когда группа определенная, достаточно уже устойчивая – ну, я не знаю, где она консолидирована: в фейсбуке, в интернете, или где-то еще – фактически присваивает себе роль такого корпоративного надзирателя. Который указывает, в какой из других палат что плохо; затеивает судебные споры, поддерживает различными способами, я не знаю, тех, кто в этой палате борется. Например, тех, кто не получил статус адвоката – или тех, в отношении кого принята мера дисциплинарного производства.

Конечно, для большинства коллег это неприемлемо. Потому что это, с одной стороны, [попытка] надзирать. А с другой стороны, мы понимаем, что по отношению к коллегам – это обвинение их в недееспособности, неспособности самим решать вопросы собственной жизни. И это, конечно, неприемлемо. Эти нормы [которые были добавлены в КПЭА] являются развитием принципа корпоративности, который уже давно закреплен в Кодексе профессиональной этики адвоката. И в принципе, ничего нового-то эта норма не поставляет.

Здесь мы говорим о том, когда адвокат планирует обратиться [в правоохранительные органы]. Обратите внимание – не идёт речи про сообщение о преступлении и так далее. Речь идёт, в общем-то, о доносах. И здесь такая подмена тезиса – всё, что законно, является нравственным. Но это же ведь не так! Мы, будучи служителями закона… для нас нравственное отношение к использованию закона является важным.

Вице-президент ФПА Михаил Толчеев

В 1937 году много очень людей поступали вполне себе законно, в рамках закона строча вот эти доносы. Но мы не признаём их действия нравственными.

А для адвокатов, служителей закона, вот это недобросовестное использование формальных правомочий – тем более в отношении своих коллег; тем более, когда затрагиваются очень чувствительные области для адвокатуры, наши другие ценности – вот в этой ситуации злоупотребление своим нормативно закрепленным правом, конечно, может быть разрушительно. И здесь, в отличие от норм закона, для нравственности огромное значение имеют мотивы поступков.

Собственно, для чего это было сделано? Мы, как сообщество, вправе вынести свое суждение о нравственности или безнравственности таких поступков.

Позже один из участников дискуссии задал Михаилу Толчееву вопрос о том, в какой форме допустима критика внутри сообщества – и через какие каналы обратная связь может доходить до органов адвокатского самоуправления.

На самом деле, конечно, мы сейчас развиваем определённые механизмы внутрикорпоративные – в том числе медиации, погашения конфликтов. Но на самом деле, понимаете, это то, что Конституционный суд назвал безответственной требовательностью. Когда мы хотим получать всё больше и больше каких-то механизмов, привлекать силу извне, не используя [при этом] те механизмы, которые у нас есть. […]

Поэтому, на самом деле, наши корпоративные процедуры многое позволяют. Более того, и вот эти поправки в Кодекс, а также некоторые поправки, которые внесены в устав ФПА в этом году, создают определенные внутрикорпоративные механизмы медиации и решения споров.

Вице-президент ФПА Михаил Толчеев

Речь не идет о том, что критика вообще недопустима, или как-то иначе. Речь идет о том, что недопустима критика, которая разрушает.

[…] Мы не должны разрушать, мы должны понимать, что независимость – это не только наше право, это обязанность, которая обществом на нас возложена и которую мы обязаны защищать. Потому что никому не нужен адвокат, который боится прокурора, который трепещет перед следователем и так далее. Обществу нужен адвокат, который входит в зал суда или к следователю наравне со своими процессуальными оппонентами.

Записал Кирилл Капитонов

Редактор: Александр Черных (ИД «Коммерсантъ»)

«Адвокатская улица» не сможет существовать
без поддержки адвокатской улицы
Продолжая использовать наш сайт, вы даете согласие на обработку файлов cookie.