26.06.2020

Шантаж под «Крестами»

Шантаж под «Крестами» Шантаж под «Крестами»

Иск адвоката к СИЗО обернулся угрозами доверителю

Иллюстрация: Ольга Аверинова

В конце апреля адвокат Евгений Тонков подал иск к крупнейшему изолятору Европы – питерскому СИЗО-1 «Кресты». Причиной стали постоянные недопуски к подзащитному, которые усугублялись наличием «блатной» очереди для следователей, сокращением рабочих дней, отсутствием конфиденциальности и другими проблемами. О поступке адвоката написали СМИ, ситуация в СИЗО быстро изменилась, но 22 июня громкий судебный иск к «Крестам» был неожиданно отозван. Евгений Тонков откровенно рассказал «АУ», что главной причиной отказа стали угрозы, поступившие его подзащитному. «Улица» обсудила с адвокатами, возможно ли бороться с подобным «шантажом».

Санитарный будний день

22 апреля адвокат Евгений Тонков приехал в СИЗО-1 «Кресты» для встречи с доверителем N. Записаться на посещение «Крестов» можно через сервис электронной очереди fsin-vizit.ru, но ближайшей свободной датой там было указано 30 апреля, поэтому адвокат решил попасть в изолятор в порядке «живой» очереди. Он оказался 34-м и прождал зря: очередь до него не дошла. Адвокат снова попытался пройти к подзащитному через два дня – в пятницу, 24 апреля. Но в бюро пропусков Тонкову сказали, что теперь защитников «не допускают по пятницам». На двери висела бумага, что это теперь санитарный день.

Объявление в бюро пропусков СИЗО-1 «Кресты»

Постановлением главного государственного санитарного врача – начальника филиала ЦГСЭН №1 ФКУЗ МСЧ-78 ФСИН России от 16.04.2020 №32 в СИЗО-1 каждая пятница месяца – санитарный день (Следственные кабинеты, Бюро пропусков, магазин не работают). Администрация.

Похожее объявление адвокат обнаружил на сайте «Крестов»: «Еженедельно по пятницам, до особого распоряжения! Следственный изолятор №1 будет закрыт на санитарную обработку. Посещение следователями и адвокатами подозреваемых, обвиняемых и осуждённых осуществляться не будет». Это объявление ссылалось уже на некое постановление №31 от 17 апреля. Получить объяснения от администрации Тонкову не удалось, по телефону никто не отвечал. Ознакомиться с постановлениями №31, №32 ему не дали. Защитник написал заявление об обеспечении доступа к N, но ему так никто и не ответил.

В итоге попасть в СИЗО удалось лишь 30 апреля – всё по той же по электронной записи. Но вместо конфиденциального свидания адвокату предложили побеседовать с подзащитным по телефону, через стекло. Тонков уверен, что там параллельно ведётся аудиозапись переговоров, которая затем попадает к оперативным сотрудникам и следователям. «Это прямое нарушение уголовно-процессуальной нормы и всех международных правил о конфиденциальности общения. Это заметно влияет на характер общения адвоката с подзащитным. В частности, не все правовые позиции обсудить невозможно», – пожаловался он в разговоре с «Улицей».

«Кресты» и касты

Евгений Тонков считает, что забота о здоровье осуждённых была лишь предлогом для введения санитарного дня по пятницам. Истинная причина, по его мнению, – желание сотрудников СИЗО устроить себе дополнительный «выходной» в будний день. Ситуация осложнялась тем, что в середине апреля в «Кресты» перевезли арестантов из закрытого СИЗО «Горелово». Численность заключённых возросла до 3 600 человек. Новое здание «Крестов» содержит 150 кабинетов для свиданий – но даже по электронной очереди в апреле работало лишь 24 из них. «Электронная очередь – это просто симулякр возможности попасть в изолятор. Она не спасает от очередей, поскольку управляется сотрудниками ФСИН, которые засекречивают её формирование, – рассказал Евгений Тонков. – Но мы имеем право на стабильность адвокатской помощи, это очень важно. Нашим подзащитным не интересно, по какой причине мы не можем пообщаться в изоляторе. Нормальному человеку не объяснить, что мы не можем попасть в СИЗО – в этом отсутствует правовая логика».

Ещё одной проблемой «Крестов» адвокат называет отдельную «блатную очередь» для следователей. Речь идёт об отдельном электронном сервисе, через который правоохранители записываются для посещения хоть на следующий день, тогда как адвокаты ждут своей очереди по несколько недель. Евгений Тонков сообщил, что об этом ему рассказал знакомый следователь.

Адвокат Евгений Тонков

Появилась очередь для блатных, организованная коммерческой организацией, учредителями которой стали ФСИНовцы. Её создали для следователей и прочих «новых дворян», как они сами себя называют. Теперь мы живём в кастовом обществе – и «Кресты» начали этот путь, введя сегрегацию юристов.

В разговоре с «Улицей» наличие проблемы подтвердил член совета АП Санкт-Петербурга Сергей Краузе. По его словам, представители питерской палаты обнаружили в «Крестах» некие «серые списки». По ним в кабинеты вызывались «непонятные люди», до этого не занимавшие ни «живую», ни электронную очереди. На вопросы о том, как составляются списки, сотрудники СИЗО ответили адвокатам: «Вас мы точно туда не включим».

27 апреля Евгений Тонков подал в Колпинский районный суд иск к СИЗО-1, в котором рассказал о проблемах с доступом к доверителю. Адвокат посчитал, что недопуски и текущая пропускная система нарушают и его профессиональные права, и конституционные права доверителя. В заявлении защитник попросил суд признать незаконными недопуски 22 и 24 апреля, а также установление «санитарного дня» каждую пятницу. Также он попросил отметить бездействие СИЗО-1 в части ненадлежащего обеспечения своевременного доступа адвокатов к подзащитным – и обязать изолятор предпринять меры для обеспечения такого доступа.

Договорённость или гласность

Административный иск к «Крестам» вызвал интерес СМИ. 29 апреля о проблеме с очередями написал «Коммерсантъ», а потом несколько других федеральных изданий, включая агентство ТАСС. К тому времени записаться через электронную «адвокатскую» очередь для посещения изолятора можно было только за месяц до встречи – заявки принимались лишь на конец мая. Евгений Тонков рассказал, что после публикаций прессы к нему обращались коллеги, передавшие просьбы сотрудников ФСИН «сбавить обороты и отказаться от иска». «Я ответил, что это невозможно. Тогда был такой период, когда было не пройти в СИЗО. Адвокат мог приезжать несколько дней и не попасть к доверителю», – объяснил защитник.

Уже вечером 29 апреля стало известно, что «Кресты» переносят санитарный день на субботу. Евгений Тонков отмечает, что одна лишь эта мера увеличила пропускную способность «Крестов» на 20%. Член Совета АП СПб Александр Чангли в тот же день заявил: «С начальником учреждения достигнута договорённость, что он возьмёт под личный контроль ситуацию с посещениями адвокатами следственного изолятора». В свою очередь, руководство СИЗО-1 пообещало в ближайшие дни открыть сначала 11, а затем ещё 12 кабинетов для встреч с адвокатами. Задержку представители ФСИН объяснили необходимостью доустановки специальных стеклянных перегородок. Таким образом, количество кабинетов увеличилось почти вдвое уже через неделю после подачи иска.

Евгений Тонков полагает, что именно внимание СМИ помогло быстро устранить большинство преград в общении адвокатов с доверителями: «Из-за публикации в “Коммерсанте” получили нагоняй начальник СИЗО и руководство УФСИН по СПб и ЛО. Больше всего привлёк внимание “санитарный день” в пятницу, недопуски адвокатов, плохая организация вывода арестованных. Кроме того, вскрылось, что комнаты для краткосрочных свиданий не были доделаны».

«Подзащитный не хочет воевать»

Долгое время Колпинский районный суд не рассматривал иск к «Крестам». Информация о принятии заявления к производству появилась лишь 14 мая. Но уже 28 мая Евгений Тонков получил письмо от доверителя N с прямой просьбой отозвать иск – по причине давления сотрудников изолятора.

Адвокат Евгений Тонков

Ему дали понять, что его будут гонять по камерам и подселят к больным или гомосексуалистам. Были опасения, что в одной из камер его подвергнут сексуальному насилию. Затем его переселили к бездомному, который не мылся несколько лет, – в грязную заплесневевшую камеру.

Евгений Тонков сообщил изолятору о возможном скандале, но подзащитный N настоял на том, чтобы не жаловаться на давление. «Можем ли мы требовать от подзащитных, чтобы они были героями, если подзащитный больше не хочет воевать, а хочет тихо сидеть в камере? – рассуждает Тонков. – Адвокат не имеет права жертвовать здоровьем доверителя для реализации своих амбиций. Я отношусь к ситуации спокойно и считаю, что в сложившихся обстоятельствах мы поступили правильно».

На вопрос, почему во ФСИН так опасались судебного процесса, Евгений Тонков предположил, что его иск мог обнажить множество противоречий в позиции службы. Кроме того, судебный процесс привлёк бы внимание СМИ к организации работы изолятора, в том числе в непростой «коронавирусный» период.

В итоге Тонков пошёл на сделку, пообещав отказаться от иска в обмен на перевод N в другую камеру. «В этой ситуации я долго думал, советовался с коллегами и обсуждал проблему с руководством “Крестов”. В итоге мы нашли устраивающее всех решение. Я отозвал иск через недели две после того, как доверитель попросил об этом. Сначала я убедился, что его вернули в прежнюю камеру и перестали кошмарить, – отметил Тонков. – Адвокат должен помнить, что он действует не в своих интересах, а в интересах человека. Это война доверителя, судьба доверителя, поэтому нужно исходить из его воли и условий, в которых он находится». «Улица» спросила УФСИН по СПб и ЛО, с чем было связано переселение N и было ли оказано на него давление, но пока что не получила ответа.

16 июня Евгений Тонков официально отказался от своего иска, и 22 июня Колпинский районный суд прекратил производство. Несмотря на необходимость пойти на уступку, адвокат оценивает достигнутый результат положительно. «Надо отметить, что “Кресты” удовлетворили все озвученные тогда требования адвокатов, а потом уже стали злоупотреблять своим правом. Все общественные интересы полностью реализованы, поэтому иск как способ воздействия уже выполнил свою роль», – рассказал Евгений Тонков.

Он привёл пример осознанно противоположного решения по схожей ситуации с тем же подзащитным. «11 июня N доставили в оперчасть, где капитан полиции начал склонять его к оговору других граждан. И обещал, что в случае отказа его положение в изоляторе, а потом и в исправительном учреждении, серьёзно ухудшится, – заявил Тонков. – Доверитель не поддался давлению. И по согласованию с ним было направлено заявление о преступлении главе СКР Александру Бастрыкину. В нём подробно рассказано о произошедшем и заявлено требование принять законные меры: возбудить уголовное дело о превышении полномочий, фальсификации доказательств и принуждении к даче показаний».

По словам адвоката, последующие события доказали правильность выбранной по обоим случаям стратегии: 25 июня доверителя перевели под домашний арест.

«Адвокат обязан следовать воле доверителя»

«Улица» задалась вопросом, реально ли бороться с подобными случаями «шантажа» адвокатов, когда силовики давят на их доверителей. Не так давно эту тему затрагивал в интервью «АУ» полномочный представитель по защите прав адвокатов АП СПб Александр Мелешко. «Не нужно заявления конкретного адвоката, чтобы отреагировать на нарушение профессиональных прав, – говорил он. – Ведь защитник действительно может быть связан позицией доверителя. А если мы отделим корпоративную реакцию от желания адвоката и его доверителя, наши оппоненты будут знать: что бы ни случилось, как бы они ни запугивали подзащитного, сообщество всё равно встанет на защиту профессиональных прав». По его словам, в Санкт-Петербурге существует правило, что сообщество должно вмешаться в ситуацию нарушения прав адвокатов даже без заявления пострадавшего коллеги. «Но если адвокат сам просит не вмешиваться, мы докладываем об этом президенту палаты. И он принимает решение с учётом баланса интересов в конкретном случае», – уточнил Мелешко. «Улица» попросила его прокомментировать случай с «Крестами», но адвокат сказал, что должен сначала подробно обсудить ситуацию с Евгением Тонковым.

Председатель комиссии по защите прав адвокатов АП Москвы Роберт Зиновьев считает, что комиссия всегда должна учитывать мнение адвоката и его доверителя: «Исходя из общего принципа адвокатской деятельности “Не навреди” и учитывая, что инициатором обращения в палату выступает адвокат, мы, безусловно, считаемся с его позицией. И если он информирует палату о произошедшем изменении позиции, комиссия будет руководствоваться его и его доверителя мнением». Адвокат подчеркнул, что речь идёт об «устоявшейся практике», а не о единичном случае.

«Позицию Александра Мелешко я поддерживаю, – сказал “Улице” Евгений Тонков. – Здесь надо понимать, что существуют три совершенно разных институциональных уровня субъектов, права которых нужно защищать в такой ситуации». Первый уровень, по его словам, – это то лицо, которое привлекается к уголовной ответственности: «У него свои интересы, своя война с государством». Второй уровень – защитник этого человека. «И вот его права и обязанности нужно разделять на две части, – подчёркивает Тонков. – Во-первых, посягательства на права члена корпорации, “адвоката вообще”. А во-вторых, нарушение процессуальных прав в связи с защитой своего подзащитного. И если доверитель не хочет бороться, а защитник уверен, что тот себя не оговорил, то ничего не поделаешь. Адвокат связан позицией доверителя, потому что это война доверителя». Третий уровень, по словам защитника, – это интересы адвокатской корпорации в целом, которые могут не совпадать с интересами конкретного адвоката.

Тонков признает, что «шантаж» часто срабатывает: «В 50% случаев подзащитные отказываются бороться процессуальным путём. Они боятся, что процессуальные жалобы и обращения обернутся против них, даже против их семей. Например, когда сотрудники силовых ведомств обещают, что будут проводить обыски с пристрастием, что будут вызывать на допросы всех родственников подзащитного, и даже – что подкинут наркотики. Угроза подброса наркотиков становится самой популярной у силовиков».

Адвокат Евгений Тонков

Человек в современном правопорядке не защищён от злоупотреблений силовых ведомств, это трагичная ситуация. И в большинстве случаев адвокат обязан следовать воле доверителя. Опасения могут быть как обоснованными, так и нет, но адвокат не может расширять круг своих процессуальных шагов во вред доверителю. Если подзащитный говорит, что на этом фронте мы не воюем, то даже если адвокату хочется продемонстрировать свои доспехи, нельзя этого делать.

Тонков считает, что «проблема шантажа доверителей с целью отзыва жалоб на силовиков шире, чем интересы адвоката в конкретном деле». «Адвокатское сообщество обязано реагировать на системные нарушения. – уверен защитник. – Если нарушаются права адвоката, если происходит давление на адвоката, то мы обязаны реагировать, бить в бубны». В данном случае, когда он сам оказался связан позицией доверителя, выходом может стать системная работа с проблемой подобного «шантажа». «Таких случаев множество по всей стране, – говорит Тонков. – И если адвокаты расскажут о конкретных фактах своим палатам, своим комиссиям, то в итоге получится обобщить практику и обратиться к руководству ФСИН, минюста и в другие ведомства – чтобы они устранили нарушения профессиональных прав адвокатов».

Авторы: Юрий Слинько, Александра Виграйзер

При участии Екатерины Горбуновой и Елизаветы Герелесовой

Редактор: Александр Черных (ИД «Коммерсантъ»)

«Адвокатская улица» не сможет существовать
без поддержки адвокатской улицы
Продолжая использовать наш сайт, вы даете согласие на обработку файлов cookie.