03.09.2021

Судейские тоже судятся

Тимур Филиппов
Тимур Филиппов
Адвокат АП Краснодарского края

Мера пресечения стала камнем преткновения

В конце лета произошла необычная история – Верховному Суду пришлось разбираться с «частником», который судьи 4КСОЮ вынесли «краевому» коллеге. Они посчитали неверным его решение назначить домашний арест по «наркотической» статье. Адвокат Тимур Филиппов считает, что ВС оказался в сложной ситуации. С одной стороны, ему нельзя поощрять гуманное отношение к обвиняемым. С другой – всё российское правосудие держится на принципе «судья не должен нести никакой ответственности за свои решения». Филиппов рассказывает читателям «Улицы», какое решение принял в итоге Верховный Суд – и какой урок из него можно извлечь.

СИЗО – царица доказательств

Н е нужно быть провидцем, чтобы предсказать решение российского суда, когда следствие ходатайствует о мере пресечения. Особенно если речь идёт о так называемых «наркотических» составах. Одних лишь подозрений или обвинений более чем достаточно, чтобы отправить человека под стражу. Есть ноги – значит, может убежать; есть руки – уничтожить доказательства. Никакие характеристики, никакие сведения о семье и детях уже не принимаются во внимание.

Адвокат АП Краснодарского края Тимур Филиппов

Недавно Басманный районный суд продлил стражу моему доверителю, который обвиняется в ненасильственном преступлении. Ранее не судимый, положительно характеризующийся человек с тремя детьми и беременной женой – а суд оставляет его в изоляторе, добавив при этом: «С учётом личности обвиняемого». Понимайте как хотите.

И уголовные адвокаты прекрасно понимают, для чего следствие требует самую жёсткую меру пресечения. Домашний арест, браслет на ноге и контроль УИИ точно так же не позволят обвиняемому скрыться от следствия и суда. Нет, стража – это основной инструмент следствия. Сейчас мало кто из следователей готов кропотливо собирать доказательства, искать свидетелей, изучать экспертизы и исследовать вещдоки. Те времена давно прошли. Гораздо проще отправить человека в СИЗО и ждать, пока оперативники заставят его признаться. Уж чего-чего, а инструментов для психологического давления там предостаточно. Да и внутрикамерную разработку никто не отменял. Многие не выдерживают, начинают давать показания, оговаривая себя и других ради заветного домашнего ареста или подписки о невыезде. А признание вины как было, так и осталось царицей доказательств.

Судьи прекрасно это понимают – но всё равно соглашаются со следствием и отправляют людей в СИЗО. Почему так происходит? Зачастую причина в искренней позиции конкретного судьи, который считает, что его профессиональный долг и обязанность – бороться с преступностью. Это давнее заблуждение влечёт за собой сращивание судебной власти с правоохранителями – и ни о какой независимости суда говорить уже не приходится.

Кроме того, многие из них полагают, что суды вообще не должны вникать в профессиональные вопросы следствия – а рассмотрение вопроса о мере пресечения считают простой формальностью. Одна судья мне как-то сказала: «Ну, раз следствию надо его закрыть, значит, они что-то о нём знают. Поступит дело в суд – тогда и будем разбираться».

И вот на фоне этой-то печальной картины как гром среди ясного неба прозвучало постановление Верховного Суда от 19 августа 2021 года.

История вопроса

Но сначала – вернёмся в 2019 год. Центральный районный суд Сочи избрал гражданину, обвиняемому по «наркотической» статье (п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК), меру пресечения в виде заключения под стражей. А затем продлил срок содержания по ходатайству следствия. И ничего бы в этом не было удивительного, но Краснодарский краевой суд постановление о продлении срока стражи внезапно отменил – указав на «существенные нарушения уголовно-процессуального закона». И принял волевое решение о назначении гражданину домашнего ареста. Руководствуясь, как положено, «внутренним убеждением, законом и совестью».

Разумеется, прокуратура обратилась в 4КСОЮ с представлением. Разумеется, кассационная инстанция исправила это недоразумение, отменив гуманное апелляционное постановление и отправив его на повторное рассмотрение. Эта история осталась бы незамеченной среди сотен других аналогичных дел – если бы не один нюанс.

Простой отмены апелляционного постановления судьям 4КСОЮ показалось недостаточно – и они решили наказать коллегу, позволившего себе такую вольность. Они рассудили так: раз апелляционное постановление незаконно, то и лицо, его вынесшее, подлежит наказанию. Судье краевого суда вкатили «частник», где уже ему указали на «существенные нарушения уголовно-процессуального закона», допущенные при рассмотрении материала.

Адвокат АП Краснодарского края Тимур Филиппов

То есть не просто отменили гуманное постановление судьи, но и провели профилактическую работу, послав недвусмысленный сигнал его коллегам – чтобы были повнимательнее.

К слову, когда 4КСОЮ только начал работу, он активно показывал, кто в доме хозяин – и безжалостно отменял апелляционные постановления. Он даже вызвал у адвокатов робкую надежду – что появилась судебная инстанция с хоть какими-то шансами на минимальную справедливость. Эти надежды быстро развеялись: всё вернулось на круги своя, а краевое правосудие так и осталось печально известным «кубанским».

Но наша история на этом не закончилась. Судья апелляционной инстанции обжаловал полученный «частник» в Верховном Суде. Причём сделал это юридически грамотно, красиво и даже изящно. Чем, кстати, доказал давние адвокатские подозрения: российские судьи прекрасно разбираются в уголовном процессе, когда дело касается их самих.

И ты прав, и ты прав

Верховный Суд оказался в нелёгком положении – и принял в итоге тактически верное решение. Он отменил частное постановление 4КСОЮ, но по процессуальным основаниям. ВС указал, что оно не содержит указаний на конкретные меры, которые необходимо применить к судье. Кроме того, решение вынести «частник» должно быть объявлено в судебном заседании – а этого в 4КСОЮ не сделали. Вот эти нарушения Верховный Суд посчитал существенным нарушением УПК (что по сути правильно).

К сожалению, этот нерядовой эпизод никак не скажется на устоявшейся правоприменительной практике. Он лишь демонстрирует внутривидовую борьбу за влияние. Можно констатировать, что два суда «развели по углам». ВС не стал оспаривать право 4КСОЮ принимать любые решения, которые они считают верными. Но одновременно указал, что вопросы наказания судей краевого суда за вынесенные ими решения не должны волновать уважаемую кассационную инстанцию, так неосторожно решившую махнуть шашкой.

И здесь адвокаты очень хорошо понимают беспокойство ВС. Каждый случай наказания за судебное решение – пусть даже впоследствии отменённое – деморализует «личный состав». Ведь если подобную практику поставить на поток, то неизвестно, чем это может закончиться. Поначалу обычная «дисциплинарка» – а потом, глядишь, и уголовное дело замаячит на горизонте? Российские суды, прокуроры и следователи просто не могут нести подобную ответственность – это разом сломает всю модель отечественного правоприменения.

Адвокат АП Краснодарского края Тимур Филиппов

Сегодня можно принимать любые процессуальные решения, судить как хочется или как скажут, но только в одном случае: если за это точно ничего не будет. Но никто не захочет работать, когда могут и наказать.

Получается, что один судейский «частник» ставит под удар целую корпорацию – а заодно и высвечивает её системные проблемы.

Редактор: Александр Черных (ИД «Коммерсантъ»)

«Адвокатская улица» не сможет существовать
без поддержки адвокатской улицы
Продолжая использовать наш сайт, вы даете согласие на обработку файлов cookie.