09.04.2021

Семь вопросов о проблемах белорусских адвокатов

Сергей Зикрацкий
Сергей Зикрацкий
Адвокат с 2013 по 2021 год

Лишённый профессии за защиту протестующих – о том, как такое стало возможным

Эта весна стала чёрной для белорусской адвокатуры – сразу восемь защитников были изгнаны из профессии. Одни не прошли «внеочередную аттестацию» Минюста, других наказали за административное правонарушение. Настоящая причина очевидна для всех: эти адвокаты не боялись защищать протестующих и рассказывать СМИ о нарушениях в суде. Лишённый адвокатской лицензии Сергей Зикрацкий рассказал «Улице» о проблемах белорусских защитников. Он объяснил, как жажда адвокатской монополии обернулась для сообщества потерей независимости; рассказал, почему белорусские адвокаты отказываются от «политических дел»; поделился опытом прохождения «внеочередной аттестации» – и предупредил, что российские коллеги скоро могут столкнуться с теми же проблемами.

О зависимости адвокатуры от государства

Ч тобы работать адвокатом в Беларуси, нужны лицензия и членство в одной из территориальных коллегий. Лицензию выдает Минюст. Чтобы её получить, надо определённое время стажироваться в коллегии и потом сдать экзамен. Проблема в том, что коллегии ежегодно принимают ограниченное количество стажеров, поэтому адвокатами становятся примерно столько же людей, сколько естественным образом убывает из профессии. За последние 10 лет мы всё время крутимся вокруг одной цифры – примерно две тысячи адвокатов на всю страну. На мой взгляд, этого явно недостаточно.

Население Беларуси – 9,4 млн человек. Таким образом, на 4,7 тыс. граждан приходится один адвокат. В России около 75 тыс. адвокатов с действующим статусом; получается, один адвокат на 1,9 тыс. человек.

Такая замкнутость профессии преподносится руководством коллегии адвокатов как «элитность». Хотя, откровенно говоря, никакой элитности тут нет. Я знаю огромное количество юристов, которые ничуть не хуже адвокатов. Единственный момент, который добавляет «элитности», – адвокатская монополия на представительство в суде. После реформы 2012 года юристы из юридических фирм могут лишь оказывать консультации юридическим лицам. Они даже не имеют права представительства в суде. И это на самом деле большая проблема – представьте, что огромное количество профессионалов лишено права представлять своих клиентов в судах. Но республиканская коллегия адвокатов вынашивает идею и дальше заниматься монополизацией юридического рынка. Например, высказывалась идея, что и штатным юристам также надо запретить представлять интересы своих компаний в судах.

Мы видим, что руководство отраслью ведётся абсолютно «совковыми» методами, при помощи административного ресурса. Уверен: если дать возможность саморегулирования этой системе и внедрить рыночные механизмы, результат был бы лучше и для отрасли в целом, и для клиентов в частности. Увеличение количества адвокатов в совокупности с уменьшением ограничений для представительства в судах улучшило бы качество услуг, снизило их стоимость для граждан, а значит, сделало бы юридическую помощь доступнее.

Адвокат Сергей Зикрацкий

Оборотная сторона такой «элитности» и монополии – глобальная зависимость адвокатов от Минюста

К сожалению, адвокатура в Беларуси не является полноценным, самостоятельным и независимым институтом. Минюст выдаёт лицензии. Минюст согласовывает председателей коллегий. Минюст вправе самостоятельно возбудить дисциплинарное производство в отношении любого адвоката. Чиновники определяют, кто будет проводить очередную аттестацию адвоката, а также могут потребовать внеочередной аттестации. Мы имеем огромное количество административных механизмов воздействия на адвокатуру, необходимость которых, на мой взгляд, недостаточно аргументирована. Но и этого оказалось недостаточно.

Сейчас появились законопроекты, которые дают Минюсту ещё больше полномочий. Если они будут приняты, то министерство фактически будет назначать всех членов советов коллегий. Ещё одно планируемое новшество, которое лично меня возмущает до глубины души, – кандидаты на стажировку в адвокатуру должны будут согласовываться с Минюстом. Причём критериев «согласования» просто нет. То есть мы будем иметь государственный фильтр ещё на этапе входа в профессию. Очевидно, что это связано с протестными событиями.

О защите протестующих

Протесты, которые начались в Беларуси после выборов августа 2020 года, серьёзно изменили положение адвокатов. С одной стороны, у нас прибавилось работы, ведь белорусов задерживали тысячами. Кроме того, в отношении многих задержанных применялось насилие: людей в буквальном смысле калечили. А значит, надо было подавать заявления в Следственный комитет, сопровождать пострадавших на допросы, судмедэкспертизы и так далее. Ну а потом начали ещё больше закручивать гайки и массово возбуждать уголовные дела. Это тоже работа для защиты.

Но с другой стороны – далеко не все адвокаты решили защищать протестующих.

Адвокат Сергей Зикрацкий

По моей примерной оценке, из двух тысяч белорусских адвокатов лишь около двухсот человек занимались «политическими» делами.

Конечно, у этого были и объективные причины: большинство задержаний происходило в Минске, поэтому региональные защитники оказались не так востребованы. Но главная причина очевидна – адвокаты боялись, что у них тоже возникнут проблемы. Даже в Минске многие адвокаты не брали «политические» дела, потому что боялись лишиться права на профессию.

Мы уже имели негативный опыт 2010 года, когда были возбуждены уголовные дела против кандидатов в президенты и активистов их избирательных кампаний. Многие адвокаты, которые их защищали, быстро лишились лицензий. Поэтому в 2020 году многие коллеги сказали: «Нет, спасибо, мы не будем участвовать в этих делах». И в итоге получилось, что некоторые адвокаты просто не вылазили из судов – а другие сидели без работы, потому что хотели сохранить лицензию.

Но я чувствую очень большую поддержку даже от «молчащих» коллег. Когда я сталкиваюсь с теми адвокатами, которые не участвуют в политических процессах, они благодарят за то, что я делал. Говорят, что такие действия помогают развитию адвокатуры и всего гражданского общества.

О позиции руководства адвокатуры

Когда летом 2020 года стартовала избирательная кампания, многие адвокаты начали высказываться в соцсетях о выборах, обсуждать политические вопросы. Руководители территориальных коллегий сразу же обратили на это внимание. Адвокатов вызывали и говорили: «Давай ты будешь аккуратнее со своими высказываниями, ты же помнишь, что было десять лет назад» – ну и так далее. Со мной было несколько таких разговоров.

А потом уже и председатель Белорусской республиканской коллегии адвокатов (БРКА) открыто начал заявлять, что адвокатам стоит избегать публичных высказываний, что им не надо лезть в политику. Делались намёки, что ничем хорошим это не закончится.

Адвокат Сергей Зикрацкий

Тезис «адвокаты вне политики» красной нитью проходит через все выступления представителей Минюста и республиканской коллегии адвокатов

Но при этом председатель республиканской коллегии одновременно является членом Совета республики – верхней палаты парламента. В день выборов, в момент подсчёта голосов, он выступает по телевидению и говорит о поддержке президента! Получается, мы имеем председателя, который занимает активную политическую позицию, декларирует поддержку президента и действующей власти. А с другой стороны, нам говорят, что адвокаты должны быть вне политики и воздерживаться от публичных высказываний о происходящих событиях.

Поэтому «молчащим» коллегам есть чего бояться. За последние полгода профессии лишились порядка 20 адвокатов, включая очень известных и классных профессионалов. Они даже не участвовали в «политических» делах и не высказывали активно свою позицию – их просто заметили на акциях протеста. Знаю, что за этих людей заступилось сообщество, именитые адвокаты пытались донести до руководства, что нельзя их исключать, ведь они столько сделали для развития адвокатуры… Не помогло. Административная машина запущена – и эти адвокаты лишились лицензии вместе с другими. Сейчас абсолютно очевидно, что действующее руководство адвокатуры не будет никого защищать. Думаю, они сами боятся и просто хотят сохранить свои места. Но это обернётся тем, что однажды их самих некому будет защитить.

О том, как адвокатов выгоняют из профессии

Конечно, никто открыто не говорит – мол, раз ты защищаешь политических, иди вон из профессии. Но в итоге это приводит к возбуждению дисциплинарных производств или внеочередной переаттестации – с последующим лишением лицензии.

По закону адвокаты проходят аттестацию раз в пять лет. В большинстве случаев её проводит территориальная коллегия, и если адвокат не имел нареканий со стороны клиентов и коллег, то аттестация не представляет большой сложности – это скорее формальность. Но существует ещё и Квалификационная комиссия по вопросам адвокатской деятельности. Она проводит внеочередную аттестацию (но может заниматься и очередной), рассматривает вопрос о лишении лицензий за совершение проступков, дискредитирующих адвокатуру. В комиссии порядка 20 членов: адвокаты, представители Минюста, Верховного суда, прокуратуры, других государственных органов, научных организаций. Но по сути она на две трети состоит из представителей государства. Поэтому, когда Минюст возбуждает производство и передаёт его квалифкомиссии – исход с большой долей вероятности уже предрешён.

А поводы для такого производства бывают самые разные. Например, это могут быть административные дела. Самый показательный случай произошел с Людмилой Казак — адвокатом оппозиционерки Марии Колесниковой. Посреди дня в центре города неизвестные запихнули её в автомобиль. Потом выяснилось, что это были сотрудники правоохранительных органов – и они же составили протокол о неповиновении должностному лицу. За это Людмилу Казак привлекли к административной ответственности, которая стала основанием для заседания Квалификационной комиссии. Итог – она лишена звания адвоката.

Ещё один способ давления на адвокатов – внеочередные аттестации. Осенью 2020 года, как раз во время протестов в столице, Минюст провел проверку Минской областной коллегии. Разумеется, были найдены какие-то мелкие нарушения наподобие неправильно заполненного ордера или несовпадения номера договора. И некоторых адвокатов направили на внеочередную аттестацию в ту самую Квалификационную комиссию.

Адвокат Сергей Зикрацкий

Не секрет, что на этих внеочередных аттестациях у адвокатов прямо спрашивали: «А почему вы у себя в сосцетях сделали такое заявление? А почему вы подписали такую-то петицию? А вы не хотите отозвать свою подпись?..»

По удивительному совпадению, внеочередную аттестацию не прошли как раз те, кто защищал протестующих или активно высказывался о происходящих событиях.

О том, как проходит «переаттестация» адвокатов

В моём случае поводом для внеочередной аттестации были три комментария для СМИ. В первом я оценил законность действий силовиков, которые ходили по квартирам, переписывали персональные данные всех жильцов и даже отключали свет у тех, кто не открывал двери. Во втором случае я комментировал ряду СМИ приговор в отношении моих подзащитных, журналисток Белсата, которые освещали протесты. Тогда же я заявил, что все дела, которые были заведены после выборов, являются незаконными, поскольку граждане Беларуси имеют право на мирный протест. В третьем я высказался о том, что граждане могут выходить на мирные акции протеста, чтобы защитить свой выбор.

Заседание состоялось 24 марта. Я пытался объяснить членам комиссии, что Конституция гарантирует мне право высказывать своё мнение и что все мои оценки были абсолютно корректными с профессиональной точки зрения. Но замминистра юстиции, который председательствовал в комиссии, спорил с этим.

Адвокат Сергей Зикрацкий

И в целом у меня сложилось впечатление, что у замминистра есть чёткая установка: все должны подчиняться представителям власти, а не заниматься оценкой законности или незаконности их действий

К сожалению, мне не дали до конца высказать свою позицию по всем трём публикациям. Меня прервали и стали задавать уже профессиональные вопросы.

По опыту коллег я прекрасно понимал, чего ожидать от такого «экзамена». Члены комиссии заранее знают, на каких делах специализируется адвокат, и начинают «валить» его вопросами из совершенно другой области. Например, адвокат отлично отвечает на вопросы об уголовных делах – и тогда комиссия задаёт вопрос из области таможенного права. Или наследственного права, или банковского.

Со мной им даже таких хитростей не понадобилось. Мне задали всего три профессиональных вопроса – и я ответил на них, указывая, какими нормативными правовыми актами регулируется этот вопрос. Но комиссия заявила, что мой ответ должен быть «более конкретным». Мы некоторое время дискутировали о том, должен ли адвокат знать наизусть все акты или же для прохождения аттестации стоит предоставить ему возможность использовать «нормативку». В итоге комиссия посчитала мои ответы неправильными, а меня – недостаточно квалифицированным. После этого решения 31 марта я был исключён из коллегии адвокатов.

Теоретически закон даёт возможность вернуть лицензию – через год я могу повторно сдать экзамен. Но в существующих реалиях я даже не буду пытаться, это абсолютно бессмысленно. Когда ситуация в стране изменится, я без проблем верну себе лицензию и право на любимую профессию.

О том, чем адвокаты опасны для власти

Вы можете спросить – зачем вообще лишать адвокатов лицензии? Ведь судебный механизм работает так, как нужно власти. Действительно, аргументы защиты не повлияют на приговор протестующим. Но адвокаты создают ненужный власти фон на «политических» процессах. Защитники публично высказываются о них – и всему миру становится очевидно, что эти приговоры абсолютно незаконны. И мне кажется, что государство уничтожает независимую адвокатуру как раз для того, чтобы адвокаты стали формально выполнять свою работу и не комментировали итоги судебного заседания. Чтобы этот хорошо отлаженный механизм осуждения протестующих не был окутан ореолом незаконности, который неизбежно возникает в случае хорошей работы адвокатов.

О том, чем могут помочь российские коллеги

Адвокаты из России или других государств могут помочь нам своей солидарностью. Понятно, что они не приедут нас защищать, не смогут восстановить наших адвокатов в правах… Но активное высказывание об ущемлении прав адвокатов было бы полезно. Ведь руководство белорусской адвокатуры встречается с зарубежными коллегами. И если бы руководители российской палаты спросили у них, что вообще творится с адвокатами в Беларуси, – уверен, нашему руководству было бы некомфортно отвечать.

Адвокат Сергей Зикрацкий

Если конкретным людям будет некомфортно уничтожать независимость адвокатуры, то, может быть, они и перестанут этим заниматься.

Впрочем, не факт, что руководители российской адвокатуры не зададут другой вопрос: «Поделитесь опытом, как у вас получается так жёстко контролировать адвокатов?»

Мы же видим, что Беларусь – своего рода плацдарм для испытания сценариев, которые потом реализуются в России. И это относится не только к адвокатам, а к государственной политике в целом. То, что наша нынешняя власть делала на протяжении 20 лет, российская власть точно так же начинает внедрять и в России. Поэтому мы являемся негативным примером – и очень не хотелось бы, чтобы вы пошли по такому пути. С другой стороны, мы понимаем, что если сможем переломить ситуацию и изменить текущее руководство, то это может послужить толчком и для ваших граждан.

Беседовал Антон Кравцов

Редактор: Александр Черных (ИД «Коммерсантъ»)

«Адвокатская улица» не сможет существовать
без поддержки адвокатской улицы
Продолжая использовать наш сайт, вы даете согласие на обработку файлов cookie.