03.11.2020

Онлайн-искажения показаний

Сергей Колосовский
Сергей Колосовский
Адвокат АП Свердловской области

Удалённые допросы усугубят проблему недостоверности протоколов

На прошлой неделе в прессе появилась информация о поправках в УПК, которыми предлагается ввести институт «онлайн-допросов» – следователи смогут удалённо допрашивать потерпевших, специалистов, экспертов и свидетелей по уголовным делам. Законопроект разработал сенатор Андрей Кутепов, который уже отправил его в правительство. «Улица» тоже получила поправки и пояснительную записку к ним – и попросила адвоката Сергея Колосовского прокомментировать их. По его мнению, несмотря на внешнюю логичность предложенных изменений, они лишь усугубят проблему искажений следствием показаний участников процесса. Правда, он считает возможным проведение «онлайн-допросов» в исключительных случаях. Но при обязательном условии: если допрошенное лицо откажется от «онлайн-показаний» в суде, они должны быть признаны недопустимыми.

Чтобы допросы потерпевших, специалистов, экспертов и свидетелей по видеоконференцсвязи стали реальностью, Андрей Кутепов предлагает изменить ряд статей УПК. В частности, в кодекс планируется внести уточнение, что ВКС – это не обязательно существующая сейчас система связи между судами, следственными изоляторами и колониями. «Онлайн-допрос», по замыслу сенатора, можно будет проводить с помощью любого программного обеспечения и любых гаджетов, «обеспечивающих передачу звука и изображения в реальном времени». Удалённые допросы будут возможны, если участник процесса находится за пределами места производства предварительного расследования и не может участвовать в следственном действии лично. При этом сам допрос предлагается организовывать с помощью «местного» следователя. Он же будет составлять и оглашать протокол допрошенного.

По мнению автора инициативы, невозможность допросить участников процесса является частым основанием для «бесконечных продлений сроков расследования уголовного дела». Это, в свою очередь, противоречит принципу разумности сроков уголовного судопроизводства. «Выезд следователя в место нахождения допрашиваемого лица также требует дополнительных временных и материальных затрат, – отметил он. – Необходимо отметить, что у следователя в производстве находится не одно уголовное дело и выезд следователя для допроса будет также затягивать сроки расследования по другим уголовным делам». Кутепов соглашается, что действующий УПК позволяет следователю поручить допрос «местному» коллеге. Но он уверен, что «для эффективного расследования уголовного дела и раскрытия преступления в ряде случаев проводить допрос должен следователь, в производстве которого находится уголовное дело». Сенатор напомнил, что суды уже давно допрашивают свидетелей по ВКС, – а в условиях пандемии эта практика требует расширения и на другие этапы уголовного судопроизводства.

Предложенные сенатором поправки выглядят логичными. Но думаю, что они способны создать почву для ещё больших злоупотреблений со стороны следствия.

Строго говоря, я противник ВКС в любом виде – даже в суде. Невозможно полноценно допросить человека через экран: мы не видим его реакции, не слышим дыхания. В результате получается не допрос, а некий суррогат. Однако ВКС в суде – мера вынужденная. Связана она не со сроками разбирательства как таковыми, а с тем, что суду ради каждого допроса приходится собирать всех участников процесса. В таких обстоятельствах неявка свидетеля из другого региона действительно становится неразрешимым препятствием к рассмотрению дела.

Но на стадии следствия таких проблем нет. Указание в законопроекте на то, что из-за удалённости свидетеля можно бесконечно продлять сроки следствия, – мягко говоря, преувеличение. РЖД и «Аэрофлот» позволяют решать проблему без особого ущерба для процессуальных сроков. Да и затраты на командировки, строго говоря, вполне сопоставимы с затратами на организацию видеоконференции, дублирующего «местного» следователя, последующую отправку протокола и т. п.

То есть инициатива не направлена на решение какой-то существующей проблемы – зато способна усугубить старую.

Практика проведения удалённых следственных действий уже существует, например на Ямале, где расстояния огромны, а плотность поселений невелика. Там широко используется передача по факсу допросов, произведённых в другом населённом пункте и даже в другом регионе. Зачастую к делу так и не пришиваются оригиналы протоколов, их просто забывают прислать. И уже в суде государственный обвинитель сильно удивляется, понимая, что он не может огласить имеющиеся в деле копии. Это прямо запрещено УПК из-за риска подделки.

Однажды мы сами подловили следствие на фальсификации копии протоколов. Мне это бросилось глаза, потому что, судя по протоколу, допрос провели в райотделе, в котором я проработал больше 10 лет – а с самим допрошенным я был знаком ещё дольше. И я точно знал, что кабинета, указанного в протоколе, в райотделе не существует – а мой знакомый не мог допроситься, не позвонив мне.

И предлагаемый сенатором механизм «онлайн-допросов», боюсь, повлечёт еще большую профанацию института предварительного расследования. Ведь уже сейчас половина уголовных дел развивается по привычной пагубной схеме.

Адвокат Сергей Колосовский

Сначала следствие рисует в протоколах что хочет, пользуясь тем, что свидетели их не читают, – или как минимум не понимают всех фигур речи, применённых сотрудником, чтобы натянуть сову на глобус. Затем в суде прокурор изо всех сил пытается доказать, почему протоколам допросов нужно верить больше, чем непосредственным показаниям лиц в суде. А суд в свою очередь пытается не замечать глобальных противоречий, нестыковок и прямых нарушений закона.

Более того, по законопроекту протокол составляется не следователем, в производстве которого находится уголовное дело, а «дублёром» по месту нахождения свидетеля. Такой подход также не будет способствовать корректной фиксации информации, сообщённой свидетелем.

В целом полагаю, что в тех случаях, когда допрос свидетеля имеет существенное значение для дела, следует оставить механизм непосредственного допроса следователем, в производстве которого находится дело, – без всяких телемостов. В тех же ситуациях, когда такой допрос носит технический характер, можно ограничиться поручением.

Вместе с тем рациональное зерно в предлагаемом законопроекте присутствует. Карантинные меры приводят нас в новую реальность – и возможны случаи, когда разумнее задать пару точных вопросов онлайн, а не лететь ради них через всю страну. Но, вводя такой механизм, нужно чётко понимать риски – снижение достоверности показаний, зафиксированных подобным образом.

Следовательно, подобный порядок может применяться в виде исключения. Но нужно чётко сформулировать основания, наличие которых позволит следователю прибегнуть к «онлайн-допросу». Кроме того, необходимо ввести в УПК положение, по которому показания свидетеля и потерпевшего, полученные посредством видеоконференцсвязи и не подтверждённые лицом в судебном заседании, будут признаваться недопустимыми.

К большему наше правоохранительное сообщество пока не готово.

Редактор: Екатерина Горбунова

«Адвокатская улица» не сможет существовать
без поддержки адвокатской улицы
Продолжая использовать наш сайт, вы даете согласие на обработку файлов cookie.