12.04.2020

«Избежать публичных, очных заседаний»

Дмитрий Дедов
Дмитрий Дедов
Судья ЕСПЧ от России

Судья ЕСПЧ размышляет о работе в условиях пандемии – и после неё

Процесс
Защита в условиях пандемии

16 марта ЕСПЧ объявил ряд «чрезвычайных мер» из-за COVID-19. Суд сообщил, что переходит на дистанционный режим работы – но не перестанет рассматривать дела и назначать срочные обеспечительные меры. Также ЕСПЧ продолжает регистрировать поступающие жалобы и распределять дела. При этом Суд ограничил доступ граждан на свою территорию, перенёс все устные слушания и заморозил все процессуальные «дедлайны». 9 апреля Суд продлил действие чрезвычайных мер ещё на один месяц – до 15 мая. Вчера, 11 апреля, судья ЕСПЧ от России Дмитрий Дедов выступил на онлайн-ПМЮФ. Он рассказал, как Суд справляется с переходом на дистанционную работу, и поделился размышлениями о будущем судебных процедур после пандемии. «Улица» публикует сокращённую расшифровку его доклада с пояснениями юриста-международника Наталии Секретарёвой.

«Это было сделано буквально за один день»

…В первую очередь я хотел бы сказать, что Европейский суд по правам человека продолжает свою деятельность, несмотря на очень сложную ситуацию. Здесь мы руководствовались двумя принципами... сохранить доступ к правосудию и, конечно же, уберечь от риска для жизни и здоровья как лиц, которые приходят в Суд, так и самих работников Суда.

Я хотел бы отметить, что наш Суд был, в общем, подготовлен к этой ситуации... Прежде всего, у нас была система… удалённого доступа к электронной почте на мобильных гаджетах. Также у нас существовала система документооборота… И после возникновения этой ситуации (введения карантина. – «АУ») многие сотрудники, включая всех 47 судей Суда, получили удалённый доступ и к системе документооборота. Кроме этого, мы пользовались той привилегией, что вообще наш процесс был письменный – это привилегия таких верховных судов, высших судов. Мы ею, конечно, пользовались – за исключением заседаний Большой палаты и каких-то отдельных очень важных дел, которые требовали публичных заседаний.

Но самое главное, я хотел бы отметить высокую… (готовность) всех сотрудников аппарата суда, всех судей к тому, чтобы адаптировать наши процедуры к этой ситуации. Поэтому (введение) новых процедур не требовало какого-то заседания пленума. Мы общались по интернету… наши руководители – президент Суда, президенты секций – предлагали варианты проведения наших заседаний в письменной процедуре. И мы соглашались или делали свои предложения. В общем, это было сделано очень быстро – буквально за один день… И мы продолжаем наши заседания: на следующей неделе состоится очередное заседание, где будут рассмотрены три дела против властей Российской Федерации. Так что мы продолжаем работу.

Наталия Секретарёва: Согласно протоколу чрезвычайных мер, Суд перешёл на удалённую работу и электронную коммуникацию между сотрудниками. Но при этом ЕСПЧ принимает жалобы исключительно в бумажном виде и до момента коммуникации ведёт переписку с заявителями только по традиционной почте. А вот если Суд принимает жалобу к рассмотрению, дальнейшая переписка (включая подачу процессуальных документов) с согласия заявителей ведётся с использованием электронной передачи данных (Electronic Communications Service, eComms).

Что касается каких-то неотложных мероприятий, то, безусловно, у нас работают и приём почты, и другие службы. Хотя мы минимизировали количество сотрудников, которые приходят в Суд. При этом… служба, которая занимается принятием обеспечительных мер, – так называемая «служба правила 39», которая принимает срочные обеспечительные меры, – (продолжает работать).

Судья ЕСПЧ Дмитрий Дедов

Наши обеспечительные меры отличаются от мер в национальных юрисдикциях, где это связано, например, с арестом, с лишением свободы. Мы делаем наоборот – мы стараемся облегчить жизнь тех, кто лишён свободы, и тех, кому грозит депортация; заключённых, которым не оказывается должная медицинская помощь.

Поэтому мы готовы в любой момент реагировать, принимать такого рода обеспечительные меры, если есть необходимость, если существует риск для жизни.

Наталия Секретарёва: Заявители могут направить в ЕСПЧ просьбу о назначении предварительных судебных мер (правило 39 регламента Суда). Суд принимает обеспечительные меры на период рассмотрения дела, когда, по его мнению, существует реальная опасность серьёзного и непоправимого ущерба правам заявителей. Обычно – когда есть угроза жизни или здоровью человека. На государствах лежит обязанность незамедлительно исполнять назначенные Судом меры.

«Культура принятия рациональных решений»

…Это наше электронное правосудие только в связи с пандемией или навсегда?.. Хотелось бы, чтобы… навсегда. Но, безусловно, многие меры носят очень срочный, чрезвычайный характер. Но, вы знаете, за последние годы, начиная с нулевых годов, уж очень много у нас таких было пандемий. Таких, так сказать, серьёзных инфекций, которых человечество раньше не знало. Я думаю, что для Европейского суда по правам человека было бы полезно на будущее… проработать эти процедуры и принять их на пленарном заседании, чтобы мы могли ими пользоваться в любое время.

Надо сказать, что в практике Европейского суда очень много вопросов было решено с точки зрения деятельности судов, с точки зрения процедуры, которая могла бы избежать публичных, очных заседаний. Безусловно… это касается уголовного процесса и тех процессуальных гарантий, которые необходимо соблюдать. То, что имеется у нас в ст. 6 Конвенции... Например, допрос свидетелей, вызов свидетелей в суд – то, что характерно для очного заседания. Однако у нас есть сложившаяся практика: если… по каким-то причинам свидетелей нет в Суде, что делать в этом случае, чтобы соблюсти справедливость судебного разбирательства? Вот этот принцип «fair trial» – он в конечном счёте оценивается нашим Судом, даже если не получилось допросить свидетелей.

(По всей видимости, судья имеет в виду, что право допрашивать свидетелей по уголовным делам не абсолютно, и ЕСПЧ принимает решение о том, нарушил ли отказ допросить свидетелей в судебном заседании право на справедливое судебное разбирательство, с учётом всех обстоятельств конкретного дела. – «АУ»)

Кроме того, это услуги переводчика (в Конвенции закреплено право пользоваться бесплатной помощью переводчика, если подсудимый не понимает или не говорит на языке, используемом в суде. – «АУ»)… Такими услугами или услугами адвоката можно – и даже лучше всего – воспользоваться… в письменной процедуре. Поскольку в очном заседании всегда возникают проблемы конфиденциальности общения с адвокатом, особенно если человек находится в каком-то заграждении стеклянном или, не дай бог, в железной клетке.

Наталия Секретарёва: ЕСПЧ выработал практику, согласно которой заочное привлечение к уголовной ответственности не будет нарушать право на справедливое судебное разбирательство. Во-первых, если обвиняемому в дальнейшем будет предоставлена возможность повторного рассмотрения дела по существу обвинения. Во-вторых, если обвиняемый отказался от своего права присутствовать в суде и защищать себя или пытался избежать правосудия (см., к примеру, постановление по делу Сейдович (Sejdovic) против Италии [GC]).

Следующее – это заочное обвинение и процесс, если, например, лицо где-то прячется… или не появилось. В общем, заочный (уголовный) процесс тоже, оказывается, возможен, если существует возможность последующей апелляции этого решения.

Наталия Секретарёва: ЕСПЧ также выработал практику о том, при каких условиях заочное рассмотрение гражданских дел может соответствовать требованиям Конвенции. К примеру, можно не проводить устные заседания по делам, в которых стороны не оспаривают факты, и дело сводится к рассмотрению несложных правовых вопросов (см., к примеру, решение по делу Варела Ассалину (Varela Assalino) против Португалии).

Вот есть совершенно специфическая российская практика: невозможность участия заключённых в гражданских процессах, где они являются стороной. У нас раньше судьи отказывали им в участии, только потому что они… находятся в местах лишения свободы. Сейчас этой проблемы практически нет, она решена. Но и наша позиция была довольно скромной – мы (ЕСПЧ. – «АУ») говорили: ну вы же сами для своих гражданских дел предусмотрели очный порядок, а, собственно говоря, его можно было бы отменить и заменить… письменным процессом…

Судья ЕСПЧ Дмитрий Дедов

Вообще, многие изменения касаются, во-первых, культуры принятия рациональных решений. Вы знаете, что человек боится принимать решения, если он не понимает, к чему это приведёт. Это относится ко многим, особенно к людям, наделённым властью. С другой стороны, у нас существуют некие, нам дорогие, сердцу, иррациональные традиции.

«Надо руководствоваться принципом солидарности»

…Я знаю, что готовится законодательный пакет на уровне разных государств, на уровне Европейского союза – посмотрим, я думаю, что будет интересно им воспользоваться. И наши законодатели тоже что-то приняли, но эти меры не очень отвечают на все вопросы наших предпринимателей. Я думаю, что в этом случае очень важная роль принадлежит высшим судам и, в частности, Верховному суду РФ. Вот его рекомендации, я думаю, помогут как-то снизить количество дел, количество споров, которые будут попадать в суды в связи с коронавирусом, в связи с этой ситуацией. И банкротства, и неисполнение обязательств, и уменьшение… каких-то платежей… Я думаю, что здесь во многом надо руководствоваться принципом солидарности. 

Принцип солидарности в гражданских отношениях существует. Я думаю, что он был бы очень уместен. Так, например, банки могли бы подождать с выплатой кредитов. Потому что банки… если что-то происходит – какой-то дефолт – они тут же требуют им выплатить всю сумму. А это, конечно, драконовские меры – так никто не выдержит. Или, например, арендодатели, которые, несмотря на то что их арендаторы не имеют дохода, все равно требуют выплаты полной суммы арендной платы. Я думаю, что это тоже несправедливо и противоречит принципу солидарности. Но как там дальше пойдёт, мы посмотрим.

Записала Елизавета Герелесова

«Адвокатская улица» не сможет существовать
без поддержки адвокатской улицы
Продолжая использовать наш сайт, вы даете согласие на обработку файлов cookie.