25.05.2020

«Следователь в очередной раз применил ноу-хау»

«Следователь в очередной раз применил ноу-хау» «Следователь в очередной раз применил ноу-хау»

Сотрудник СК сначала «не допустил» адвоката в дело, а затем без суда ограничил его в сроках ознакомления

Иллюстрация: Tashita Bell

В начале мая «Улица» подробно рассказывала об истории сочинского адвоката Дмитрия Мишина: следователь не допустил его вторым защитником в дело, хотя доверитель дважды направил письменное уведомление об этом. Теперь защита столкнулась с новой преградой: чтобы не выпускать обвиняемого после года «стражи», следователь самовольно сократил срок ознакомления с делом и направил его прокурору. Среди прочего сотрудник СК обосновал это решение неявкой Дмитрия Мишина, которого ранее сам же «выдавил» из дела. Прокуратура признала незаконность отвода адвоката – а затем продлила арест доверителя на 30 дней «для устранения нарушений».

Н апомним, 30 апреля адвокат Дмитрий Мишин подал в СУ СК по Краснодарскому краю заявление о должностном преступлении и принуждении к даче показаний (ст. 285 и 302 УК). Он попросил проверить действия следователя СО СК Центрального района Сочи Леонида Смирнова, который «не допустил» Мишина в дело доверителя, обвиняемого в мошенничестве (ч. 4 ст. 159 УК). По его словам, Смирнов дважды проигнорировал письменные уведомления обвиняемого о вступлении Мишина вторым адвокатом в дело. А постановление об отказе в допуске сотрудник СК написал прямо во время предъявлении обвинения. После долгой дискуссии Мишин смог остаться в следственном кабинете, но лишь в качестве «наблюдателя».

Также в заявлении адвокат сообщил, что обвиняемый официально пожаловался на давление со стороны следователя – тот якобы требовал отказаться от защитников по соглашению и дать ложные показания на второго фигуранта дела. Тогда же была подана жалоба на процессуальные нарушения в прокуратуру.

Следователь решил не замечать защитника
Адвокату отказали во вступлении в дело, проигнорировав позицию доверителя

30 апреля началось ознакомление адвокатов и обвиняемых с 13 томами уголовного дела. Дмитрий Мишин в нём поучаствовать не смог из-за недопуска и праздничных дней. С материалами работал другой защитник Александр Лазурак: «Читали по одному-два тома в день».

Следователь указал в уведомлении об ознакомлении с материалами срок в 17 дней – с 30 апреля по 16 мая. Адвокат Михаил Беньяш, также вошедший в дело, считает само установление срока незаконным, поскольку по УПК обвиняемый и его защитник не могут ограничиваться во времени, необходимом для ознакомления с делом. Но следователь пошёл дальше – и 7 мая неожиданно вынес постановление «об окончании производства ознакомления с материалами дела», «руководствуясь ч. 3 ст. 217 УПК». К этому времени обвиняемый успел прочитать только восемь томов из 13, а его адвокат Лазарук – только шесть.

Адвокат Михаил Беньяш заявил «Улице», что «вынося такое решение, следователь взял на себя функции суда». По его мнению, в этой ситуации сотрудник СК мог только обратиться в суд в порядке ч. 3 ст. 217 УПК. «Если суд посчитает, что адвокаты действительно затягивают ознакомление с делом, то он установит срок такого ознакомления. И нарушение защитой именно этого срока без уважительных причин даёт право следователю закончить это процессуальное действие. Однако следователь по какой-то причине решил обойтись без суда – и вынес постановление, не предусмотренное УПК», – говорит Беньяш. Документ удивил и его коллегу Александра Лазурака.

Адвокат Александр Лазурак

Следователь Смирнов применил в очередной раз ноу-хау. Видимо, при поддержке своего руководства, потому что для следователя это отчаянный поступок – изобретать новые документы. Он вынес за собственной подписью постановление об ограничении адвокатов и обвиняемых в сроках ознакомления, написав, что мы якобы «затягиваем».

Сотрудник СК пояснил своё решение тем, что адвокаты будто бы злоупотребляют своим правом и «явно затягивают» ознакомление. В качестве обоснования он указал, что с 30 апреля Дмитрий Мишин не посещал ИВС – хотя до этого сам отказал защитнику в допуске к делу. «29 апреля следователь вынес постановление с отказом допустить меня, – напомнил адвокат. – Но потом это постановление куда-то исчезло: его в материалах дела уже нет».

Защитники говорят, что не понимают, о каком затягивании может идти речь – они не успели ни подготовить нужные ходатайства, ни даже полностью изучить тома уголовного дела. «Следователь Смирнов вынес постановление самовольно, без судебного решения. Просто взял и – дословно – “постановил окончить производство ознакомления” обвиняемых и адвокатов безо всяких оснований», – недоумевает Дмитрий Мишин.

«Противоправные выдумки»

Прервав процесс ознакомления с материалами, следователь сразу направил дело прокурору для утверждения обвинительного заключения. Адвокаты полагают, что сотрудник СК пошёл на это из-за «горящих» процессуальных сроков – 16 мая исполнялся год, как обвиняемый содержится под стражей. Согласно уголовно-процессуальным нормам, если следователи не успевают завершить расследование за год «стражи», то обвиняемым должна быть избрана другая мера пресечения. «Дело в том, что для следователей СК очень критично перейти годичный срок следствия – вплоть до увольнения, – утверждает Александр Лазурак. – Поэтому, боясь получить наказание от руководителя СК, они вынуждены прикрывать свою волокиту, затянутые сроки и идти на противоправные выдумки».

Срочная передача дела позволила следователю формально уложиться в годичный срок расследования, а прокурору – обратиться 8 мая в суд с ходатайством о продлении «стражи» ещё на 30 суток. Он заверил, что тогда дело будет направлено в суд. Михаил Беньяш указывает, что УПК позволяет прокурору самостоятельно просить о продлении ареста, если до истечения предельного срока «стражи» он сам не успевает утвердить обвинительное заключение и отправить дело в суд. Однако, по словам адвоката, зачастую прокуроры злоупотребляют этим правом: «Следствие и прокуратура идут на это, чтобы не допустить освобождения обвиняемых в тех случаях, когда все сроки пропущены, а отпускать обвиняемого не хочется. Тогда по ходатайству прокурора суд продлевает содержание под стражей, но прокурор не утверждает обвинительное заключение, а возвращает уголовное дело следователю».

Дмитрий Мишин внимательно следил за судьбой прокурорского ходатайства на сайте Краснодарского краевого суда. В карточке дела (есть в распоряжении «АУ») сначала появилась запись о том, что 13 мая заявление прокурора «возвращено заявителю» судьёй Михаилом Амбаровым. Но уже через час, как утверждает Дмитрий Мишин, эта информация была удалена с сайта. «Дальше происходят непонятные нам правовые аномалии по уничтожению или отмене решения Амбарова, ходатайство вновь на исполнении в крайсуде, и его отписывают теперь уже судье Куриленко», – прокомментировал ситуацию адвокат Михаил Беньяш. В итоге после замены судьи «стражу» продлили ещё на 30 суток.

Адвокат Дмитрий Мишин

Могло быть какое-то «воздействие» на судейское сообщество. В сопроводительном материале была резолюция, в которой вычеркнуты фамилии двух других судей. Полагаю, просто не все судьи хотели рассматривать этот материал, понимая его незаконность.

Интересно, что прокуратура ответила на жалобу адвокатов по 124 ст. УПК из-за отстранения Дмитрия Мишина не в течение трёх дней, как того требует закон, а через две недели. Прокурор частично удовлетворил жалобу адвоката, признав незаконным постановление следователя, которым он «выдавил» неугодного защитника. Однако на том же основании прокурор решил вернуть дело следователю.

«Теперь следователь будет заново предъявлять обвинение с моим участием, – говорит Дмитрий Мишин. – Это был повод, чтобы прокуратура имела основания предоставить следователю для устранения нарушений ещё 30 суток». Защитники с сожалением отмечают, что такую схему работы между следствием и прокуратурой встречали и раньше – но предлог с ограничением ознакомления видят впервые.

Вскоре Дмитрий Мишин получил от Леонида Смирнова уведомление о проведении 19 мая новых следственных действий. Но в назначенный день в сочинском ИВС он не обнаружил ни доверителя, ни следователя. «Я встал в 4 утра и проехал 300 км до сочинского ИВС. Почему следственные действия не состоялись, Смирнов мне объяснить не смог», – возмущается адвокат.

21 мая Михаил Беньяш подал новое заявление на имя руководителя СУ СК по Краснодарскому краю, в котором адвокаты пожаловались на систематическое нарушение законности следователем. Они попросили провести проверку и возбудить дело по ст. 286 УК (превышение должностных полномочий). Михаил Беньяш рассказал, что добиться принятия заявления на личном приёме удалось с большим трудом – из-за карантинных мер.

Адвокат Михаил Беньяш

Мне пришлось объявить сидячую забастовку, чтобы они поставили печать на заявление. И то сказали, что ещё подумают, давать ли талон.

Предыдущее заявление защитников о должностном преступлении на имя руководителя СУ СК по Краснодарскому краю было перенаправлено в СО Сочи. «Процессуального решения не принято. А решение о возбуждении уголовного дела в отношении следователя должен принимать руководитель СК по субъекту РФ», – пояснил Михаил Беньяш. Получить комментарий СК «Улице» не удалось.

«Дальше будем готовить жалобы на действия прокурора и следователя в краевую и генеральную прокуратуры», – поделился планами Дмитрий Мишин. Александр Лазурак подчеркнул, что доверитель тоже собирается обратиться с заявлением в СК «из-за продолжающейся череды правонарушений, не лезущих ни в какие ворота». «Есть старая поговорка советских следователей – “если не знаешь, как поступить, поступай по закону”. Видимо, молодому поколению следователей СК эта поговорка не знакома», – констатировал адвокат.

Напомним, что в конце апреля суд уже вынес Леониду Смирнову «частник». Тогда по вине следователя сорвалось заседание по апелляции – следователь назначил на ту же дату следственные действия и дал ложные сведения о местонахождении обвиняемого. Суд заявил, что Смирнов «препятствует правосудию и праву на защиту».

Автор: Юрий Слинько

Редактор: Александр Черных (ИД «Коммерсантъ»)

«Адвокатская улица» не сможет существовать
без поддержки адвокатской улицы
Продолжая использовать наш сайт, вы даете согласие на обработку файлов cookie.