17.11.2022

Приговор по-быстрому

Приговор по-быстрому Приговор по-быстрому

Почему «частичное» оглашение приговора угрожает тайне совещательной комнаты

Иллюстрация: Вивиан Дель Рио

На этой неделе Госдума приняла в первом чтении законопроект Верховного Суда о сокращённом оглашении приговоров. Предполагается, что в финале процесса будут зачитывать только вводную и резолютивную части решения – для скорости отправления правосудия. Параллельно ВС дал важные разъяснения: перед оглашением судья должен будет составить приговор в полном объёме, включая и мотивировочную часть. Опрошенные «Улицей» эксперты видят серьёзный изъян этой идеи: ведь никто в зале не сможет проверить, правда ли судья подготовил полный текст. Разрыв между написанием текста и его оглашением уничтожает принцип тайны совещательной комнаты, уверены собеседники «АУ».

З аконопроект Верховного Суда впервые поступил в Госдуму ещё в 2017 году. Его основная идея – разрешить судьям оглашать только вводную и резолютивную части приговоров. Иными словами, публично объявить лишь то, в чём обвиняется человек и какое ему назначено наказание. Судьи и сейчас могут зачитывать «сокращённые» приговоры – по делам об экономических преступлениях, о терроризме, захвате заложников, массовых беспорядках и по некоторым другим составам. Но ВС предложил распространить эту возможность на все категории уголовных дел.

В пояснительной записке утверждалось, что судьи тратят слишком много времени на оглашение приговоров. По словам авторов документа, иногда это занимает несколько дней и даже недель – особенно если речь идёт о процессах с большим количеством эпизодов или о «серийных» преступлениях. При этом все присутствующие в зале обязаны слушать приговор стоя, что, по мнению ВС, «весьма затруднительно для людей пожилого возраста и лиц, имеющих проблемы со здоровьем».

Отметим, что ФПА тогда раскритиковала законопроект. Как сообщали «Ведомости», в письме председателю Госдумы Вячеславу Володину палата заявила: «Отказ от провозглашения мотивировочной части приговора по всем категориям уголовных дел приведёт к непониманию обществом причин вынесения решений и породит ещё большее недоверие к суду, что пагубно скажется на многих аспектах осуществления правосудия и охраны правопорядка».

В 2017 году законопроект так и не был рассмотрен. Правительство в целом поддержало инициативу ВС, но сделало важное замечание – отказ от оглашения мотивировочной части приговора требует изменения ч. 4 ст. 310 УПК (именно она сейчас регулирует вопросы «сокращённого» оглашения приговора). В итоге проект был отложен – до этой осени. Депутаты 9 ноября приняли законопроект в первом чтении, а 15 ноября Верховный Суд уточнил собственную инициативу и одобрил «правки в поправки». В документе прописано, что ч. 4 ст. 310 УПК утратила силу – таким образом Суд предлагает убрать нестыковку, на которую пять лет назад указывало правительство. Другая поправка касается увеличения срока апелляционного обжалования с 10 до 15 суток. Но главное, ВС признал, что приговор должен сразу готовиться в полном объёме – несмотря на отказ от оглашения «мотивировки».

На заседании Пленума об этом подробно рассказал заместитель председателя ВС Владимир Давыдов: «Как правило, оглашение вводной и резолютивной частей предполагает отложение на определённый срок составления мотивированного судебного решения. Это имеет место, например, в гражданском и арбитражном процессах, где этот срок составляет пять суток, в административном – 10 суток. Предлагается установить более жёсткие требования».

Заместитель председателя ВС Владимир Давыдов

Оглашение вводной и резолютивной частей судебного решения по уголовному делу не должно влечь за собой отложение по времени составления мотивированного судебного решения. Такой акт во всех случаях должен быть изготовлен в совещательной комнате в полном объёме и подписан судьями.

В комментарии для «Российской газеты» поправки ВС похвалил советник Федеральной палаты адвокатов Сергей Насонов. По его словам, ключевой дефект законопроекта устранён: «Предполагалось вручение частично провозглашённого приговора в течение пяти суток со дня провозглашения. Теперь предлагается вручать такой приговор немедленно по ходатайству сторон. Это в должной степени компенсирует оглашение приговора не в полном объёме. Права сторон не будут нарушены, поскольку они немедленно получают текст приговора, который вправе донести до остальных членов общества».

Уточнение: через несколько дней после публикации выяснилось, что советник ФПА Сергей Насонов хвалил проект постановления Верховного Суда. Там, действительно, предполагалось вручать «полную» версию приговора сразу после «частичного» оглашения. Однако перед принятием постановления ВС убрал эту норму – хотя формулировка про «немедленное» вручение была  упомянута в новости на сайте Суда. Видимо, это обстоятельство и ввело в заблуждение ФПА. После публикации «Улицы» в палате обратили внимание на формулировки принятого постановления. Сергей Насонов в комментарии «Независимой газете»  раскритиковал поправки, заявив, что пункт о немедленном вручении «внезапно исключили» из законопроекта. Если его не вернут, то инициативу Верховного Суда «нельзя будет оценить положительно», признал советник ФПА.

Однако «Улица» обратила внимание, что ни в тексте законопроекта, ни в поправках ВС нет упоминания о «немедленном» вручении приговора участникам процесса. Эксперты, опрошенные «Улицей», подтвердили, что получить текст приговора сразу же после оглашения на практике невозможно. Член совета АП Ленинградской области Евгений Тонков пояснил, что обычно его получают не в зале судебных заседаний, а в канцелярии суда – которая обычно работает всего несколько раз в неделю и систематически нарушает сроки выдачи документов. По закону, копия приговора вручается в течение пяти дней после его оглашения, напоминает Тонков, однако этот срок растягивается, бывает, и до месяца.

«Получить [документ] адвокату через пять суток нереально, потому что если судья активно практикующий, то у него на день назначено 10 дел. И мы [долго] не можем получить полную версию приговора, потому что судья в заседании, секретарь и помощник тоже, – рассказывает член совета. – На самом заседании мы технически не можем получить [документы]. Судья вообще не общается с людьми, а его помощник отправляет [всех] в канцелярию».

Он добавляет, что дело не может быть сдано в канцелярию для дальнейшей передачи защитнику без протокола. И это тоже занимает время: «Согласно действующему УПК, протокол должен быть изготовлен в течение трёх суток. На практике, если это большой приговор, это занимает месяц. Если маленький, то пару недель».

Законопроект продвигается как способ ускорить процесс оглашения приговора, однако на практике он лишь сведёт на нет общественный контроль за правосудием, считает федеральный судья в отставке Сергей Пашин. Он предупреждает, что инициатива ВС может поставить крест на принципе тайны совещательной комнаты: «Будет невозможно проконтролировать, действительно ли у судьи есть полный текст приговора, когда он читает начало и конец. Никто же не сможет подойти к судье [во время оглашения приговора] и сказать: “Покажи приговор”».

Федеральный судья в отставке Сергей Пашин

Не исключено, что судьи будут писать начало и конец для оглашения, а потом уже «отписывать» сам приговор. То есть подгонять свою мысль под то, что они уже объявили.

Евгений Тонков высказывает те же опасения: «Получается, что судья [после частичного оглашения] будет свободен в коммуникации со всеми, он сможет посоветоваться с начальниками, с кем необходимо». Заключительный и самый важный этап процесса становится полностью непрозрачным, констатирует в комментарии «Коммерсанту» бывший вице-президент ФПА Вадим Клювгант.

Сам законопроект ВС и правки к нему Евгений Тонков называет «приступом прокрастинации» российского правосудия. При этом он подтверждает, что судьи действительно очень загружены – и их часто не хватает. Нынешнее состояние российской судебной системы адвокат называет «депрессивным». Однако решать эту проблему нужно иначе, считает Тонков: «Судьи, ослабив судебный контроль за следствием, сами способствуют тому, что в суд проходят уголовные дела, которые могли бы прекратиться на стадии следствия. В итоге в судах идёт огромное количество вялотекущих процессов, где судья боится оправдать [подсудимого]. [Если бы] судья вынес оправдательный приговор, проблема бы решилась. И тогда следователи не направляли бы в суд подобные дела – без предмета и без состава. Механизм очищения должен быть через прямолинейность и правду».

Обновление от 28.11.2022: добавили информацию о том, что Сергей Насонов хвалил проект постановления.

Автор: Анна Никитина

Редактор: Александр Творопыш

«Адвокатская улица» не сможет существовать
без поддержки адвокатской улицы
Продолжая использовать наш сайт, вы даете согласие на обработку файлов cookie.