22.04.2020

Адвоката Третьякова отпустили под домашний арест

Мосгорсуд решил, что дальнейшее производство по делу не требует «стражи»

Сегодня судья Мосгорсуда Елена Поспелова перевела адвоката Игоря Третьякова под домашний арест. Об этом «Улице» сообщил один из его адвокатов – Станислав Шостак.

Уголовное дело о хищениях в НПО имени Лавочкина основано на мнении следствия о «завышенной стоимости» адвокатских услуг. Обвинение считает, что топ-менеджмент госпредприятия договорился с главой АК «Третьяков и партнёры» Игорем Третьяковым о присвоении 332,5 миллиона рублей под видом платы за юридические услуги, которые на деле якобы не оказывались (ч. 4 ст. 159 УК). Подсудимые настаивают, что соглашение было полностью законным, а работа адвокатской коллегии помогла НПО отбиться от миллиардных исков. 29 июля 2018 года Третьяков был взят под стражу и до сегодняшнего дня находился в СИЗО – почти год и девять месяцев.

Химкинский городской суд начал рассматривать дело по существу 15 октября 2019 года. За время слушаний адвокат Игорь Третьяков успел дать показания в суде: 3 декабря он рассказал свою версию событий и заявил, что на стадии следствия признал вину под давлением – в надежде, что его из СИЗО переведут под домашний арест. Защита попросила исключить «признательный протокол» из числа доказательств, но суд отказался это сделать. Тогда 5 декабря адвокаты заявили, что последнее обвинение требует проверки на соответствие обвинительному заключению – и прокурор попросила отложить заседание. 26 декабря она заявила, что выявленные в суде процессуальные нарушения, допущенные следствием, помешают вынести законный и справедливый приговор. И исправить их можно лишь вернув дело на стадию предварительного расследования в порядке статьи 237 УПК. Что суд и сделал.

В постановлении суда об изменении меры пресечения говорится, что следствие просило продлить срок «стражи» на три месяца – до 26 июля 2020 года, мотивируя ходатайство «традиционными» доводами. «Обвиняется в совершении тяжкого преступления», «обладает широким кругом знакомств в органах государственной власти, в том числе в правоохранительных органах», «может принять меры по фальсификации и уничтожению доказательств», «может воздействовать на свидетелей», «исключительность ходатайства обусловлена особой… сложностью уголовного дела» – перечисляются в тексте аргументы обвинения.

Адвокаты возражали и просили изменить меру пресечения на более мягкую, ссылаясь в том числе на эпидемиологическую ситуацию в стране. Также они, как и сам Третьяков, выразили готовность не знакомиться с материалами дела. «Мы с ними уже знакомились – до того, как суд вернул дело на доследование. Потому мы отказались от формального соблюдения ст. 217 УПК, чтобы не позволить следствию использовать этот довод для продления “стражи”. Они часто подобное практикуют – мы с такими методами знакомы», – объяснил Станислав Шостак.

При этом сам Третьяков в судебном заседании участие не принимал. «Не доставлен по эпидемиологическим показаниям в связи с пандемией коронавируса, о чём представлены справки из СИЗО» – объяснил суд.

Мосгорсуд, решая вопрос о мере пресечения, указал, что расследование завершено и все доказательства собраны. Учтя также длительный срок заключения Третьякова, суд решил, что «дальнейшее производство по делу возможно без нахождения обвиняемого под стражей в условиях следственного изолятора». В итоге Третьякова перевели под домашний арест до 26 июля 2010 года. Ему запрещено покидать дом, общаться без разрешения следователя с участниками судопроизводства и пользоваться средствами связи.

Станислав Шостак в комментарии «Улице» подчеркнул, что «давно не участвовал в таких заседаниях». «Это было 12-е продление только в рамках дела Третьякова – мне есть с чем сравнить. Обычно заседания проходят формально, по шаблону – все заранее знают, что суд удовлетворит ходатайство следствия. Право на защиту в таких заседаниях очерчивается только присутствием адвоката, – объяснил он. – Но в этот раз рассмотрение вопроса длилось два дня. Судья предметно и дотошно разбиралась в доводах обвинения и защиты, дала возможность высказаться всем, приложить необходимые документы. А нам это было важно, поскольку следователь к своему ходатайству приложил только те материалы дела, которые могли обосновать его точку зрения. Снимаю шляпу перед судьёй». По мнению адвоката, на итоговое решение повлиял не только профессионализм суда, но и сама ситуация с делом Третьякова: «Количество нарушений в деле приводит всех участников процесса к определённой точке кипения».

Процесс
Криминализация гонорара
«Адвокатская улица» не сможет существовать
без поддержки адвокатской улицы
Продолжая использовать наш сайт, вы даете согласие на обработку файлов cookie.