07.02.2022

«Это задело каждого адвоката страны»

Президент Союза адвокатов Молдовы Дорин Попеску – о национальной забастовке защитников

Процесс
Адвокатура у соседей

В январе адвокаты Молдовы провели общенациональную забастовку. Они протестовали против неожиданной поправки в закон, которая отменяла ряд гарантиий независимости адвоката. В результате забастовки защитники убедили депутатов отказаться от изначального текста поправки – а затем значительно улучшили новую формулировку. «Улица» обсудила эту историю с председателем Союза адвокатов Молдовы Дорином Попеску. Он рассказал, чем угрожала эта поправка, как была организована забастовка, как к ней отнеслись судьи и подзащитные – и почему акция протеста оказалась успешной.

«Мы посчитали поправку очень опасной»

– Какая была конкретная причина для забастовки адвокатов?

– Неожиданная поправка в наш профильный закон об адвокатуре. Причём в первой версии это был правильный законопроект. Сейчас у нас есть определённая категория лиц, которые могут стать адвокатами без экзаменов: прокуроры, судьи и так далее. И законопроект предлагал аннулировать эти привилегии. Чтобы все, кто захотел получить адвокатскую лицензию, сдавали экзамены на равных основаниях.

В январе Союз адвокатов Молдовы опубликовал список из 1974 членов организации, допущенных к адвокатской деятельности в 2022 году. Как сообщает Noi.md, из них более 300 – это доктора права, бывшие судьи и прокуроры, которые получили допуск к профессии без прохождения стажировки и сдачи квалификационного экзамена.

К той редакции законопроекта наши адвокаты не имели никаких претензий. Наоборот, мы уже 10 лет добиваемся такой нормы. Но 16–17 января мы внезапно узнали, что этот законопроект серьёзно изменился. Оказывается, ещё 22 декабря туда внесли поправку, которая отменяла наши важные профессиональные гарантии.

В июне 2021 года у нас в законе появилась норма, в соответствии с которой адвокат не может быть задержан, подвергнут приводу, арестован, подвергнут обыску без предварительного согласия Совета Союза адвокатов – за исключением «случаев явного преступления». Так вот, новая версия законопроекта полностью снимала эти гарантии.

Как я сказал, эта поправка стала для нас полной неожиданностью. Она была внесена без участия адвокатов, без консультаций с нами, без опроса общественного мнения. Союз адвокатов написал об этом в парламент, но там никто не отреагировал. Поэтому мы были вынуждены объявить забастовку.

– Правильно ли я понял, что изначально законопроект касался совсем другой темы?

– Да. Эта поправка не относится к теме законопроекта. Более того, она была внесена уже после первого чтения. А закон предусматривает определённые правила, какие поправки можно вносить ко второму чтению. Эти правила были нарушены. Конечно, это задело каждого адвоката страны – и мы не могли оставить это без реакции. Потому что эта поправка касалась каждого из нас.

– А кто добавил её в законопроект? И как она была обоснована?

– Спорную поправку внесла депутат Парламента, Олеся Стамате (сама бывший адвокат; с июня по ноябрь 2019 года была министром юстиции Молдовы. – «АУ»). Она является председателем парламентской комиссии по вопросам права, назначениям и иммунитету; она депутат от партии, имеющей в парламенте абсолютное большинство. Стамате публично заявила, что сейчас адвокатам даны слишком большие гарантии.

Как сообщают СМИ Молдовы, депутат Стамате пояснила, что поправка – часть плана правящей партии по борьбе с коррупцией. Она напомнила, что весной 2022 года вступят в силу поправки, которые ограничивают иммунитет судей, за ними придёт очередь депутатов. По словам Стамате, защитный механизм должен быть «одинаковым для всех».

Но насколько мы понимаем, консультаций с Минюстом по данной поправке у неё не было. Если бы поправку разрабатывало министерство, то она точно была бы согласована с Союзом адвокатов, с общественным мнением. Ведь Минюст проводил публичные дебаты по первой теме законопроекта – о порядке приёма в адвокатуру. И мы тогда поддерживали этот законопроект.

– Как вы думаете, в чём причина появления этой поправки? Может, было какое-то громкое дело в отношении адвоката?

– Никаких громких дел не было. Более того, норма, которую хотела отменить Стамате, к тому времени существовала в законодательстве не так долго, около семи месяцев. И её даже не успели применить. То есть органы прокуратуры и другие следственные органы пока не обращались в Союз адвокатов с просьбой дать согласие на обыск, задержание или арест. Поэтому для нас было странно слышать, что эта норма якобы предусматривает слишком большие гарантии.

– Чем поправка Стамате угрожала адвокатуре как общественному институту?

– В странах, где ещё нет той демократии, которой все ждут, были случаи, когда адвокаты участвовали по громким делам, по политическим делам – и потом в отношении них тоже возбуждались уголовные дела. У них в офисах проводились обыски, изымались документы клиентов.

Президент Союза адвокатов Молдовы Дорин Попеску

Профессиональные гарантии – это защита не только адвоката. Это прежде всего гарантии для наших клиентов, для всех наших граждан.

Ведь у меня в офисе хранятся не мои личные документы, а документы людей, которые попросили оказать им юридическую помощь. ЕСПЧ не раз указывал нашей стране, что у нас нет гарантий, которые должны обеспечивать сохранение профессиональной тайны. Так что мы посчитали поправку очень опасной.

«Все адвокаты в принципе поддержали забастовку»

– Как принималось решение о забастовке?

– Мы узнали о поправке в пятницу, 14 января. И в понедельник, 17 января, я созвал совет Союза адвокатов на внеочередное собрание. Парламент должен был рассматривать поправку уже в пятницу, 21 января. Мы в совете решили: сначала пройдёт так называемая «японская забастовка». Во вторник и среду адвокаты будут работать, но в знак протеста наденут на рукав белую ленту. Если мы не будем услышаны, если поправка не будет отозвана до четверга, то мы объявляем полноценную забастовку. Ни один адвокат страны не явится ни в суд, ни в органы следствия, ни в прокуратуру.

Собственно, так и произошло. Уже в среду парламент по официальной электронной почте отправил нам свою версию новой формулировки данного положения. Но она нас тоже не устраивала, к тому же первоначальная поправка так и не была отозвана. Поэтому на следующий день, 20 января, началась общая забастовка.

– Были ли внутри сообщества споры относительно необходимости забастовки?

– Споров как таковых не было. Все адвокаты в принципе поддержали забастовку, я лично не слышал другого мнения. У нас есть закрытые группы в соцсетях, где общаются адвокаты – и там тоже все были за.

– Как такая забастовка возможна технически? Есть же совсем срочные ситуации…

– Да, вы правы. Поэтому в четверг мы вообще не работали, а в пятницу после 16:00 определили четыре «срочные» категории дел, участие в которых не является нарушением забастовки. Это задержания, назначение и продление сроков ареста, дела о предупреждении и пресечении насилия в семье, дела по вопросам взятия на государственное содержание иностранцев и лиц без гражданства. Но все остальные продолжали бастовать.

– Как сообщают СМИ, участие в забастовке было обязательным для всех адвокатов и их стажёров. Более того, их предупредили о возможной дисциплинарной ответственности за нарушение этого решения. Были такие случаи?

– Да, некоторые адвокаты не смогли участвовать в забастовке. Речь идёт о тех коллегах, которые работали в процессах по назначению государства. [Они не могли бастовать,] ведь у них договор не с клиентом, а с государством. Но я думаю, что если такие случаи и будут рассматриваться комиссией по этике, то она примет правильное решение.

– А как доверители отнеслись к забастовке их защитников?

– И среди клиентов, и в обществе в целом большинство отнеслись к этой ситуации с пониманием. Были даже случаи, когда клиенты приходили в суд и просили отложить их дела в связи с забастовкой адвокатов. Так они выражали свою поддержку. Потому что им было понятно: поправка угрожает и их интересам.

Многие судьи тоже поддержали нас и нашу забастовку.

– Каким образом?

– Судьи в интервью публично высказались в нашу поддержку – и выразили восторг по поводу адвокатской солидарности. Я очень благодарен им за это.

Судья Кишенёвского суда Виктория Сандуця

Я считаю, что всеобщая забастовка заслуживает восхищения – и поддерживаю адвокатов. Я не приветствую полное исключение этой профессиональной гарантии для юристов.

– Если бы парламент отказался услышать ваши требования, на что вы были готовы пойти дальше?

– Такой вариант мы даже не обсуждали, если честно. Мы всё же предполагали, что правительство прислушается к мнению адвокатов и наша забастовка приведёт к поиску компромисса. Если бы этого не произошло, то, конечно, забастовка продолжалась бы. И тогда Совет решил бы, как именно.

– Как проходило рассмотрение поправки?

– В пятницу адвокаты пришли к парламенту и устроили там акцию протеста. Потом мы с тремя коллегами прошли внутрь, долго разговаривали с депутатами парламентской комиссии по вопросам права. Присутствовал и министр юстиции.

В ходе этого разговора и часть депутатов, и министр признали, что ошибочно полностью исключать гарантии. Нам была предложена другая формулировка: что необходимо запрашивать согласие Совета, кроме случаев задержания с поличным, а также коррупционных преступлений и преступлений, связанных с «извлечением выгоды из влияния». Ещё добавили гарантию на случай обыска адвокатских офисов: теперь они должны проходить в присутствии представителя Союза адвокатов. Причём адвокат должен именно подозреваться или обвиняться в преступлении, чтобы у него можно было провести обыск.

С такой поправкой мы тоже не могли сразу согласиться. Мы пояснили, что её надо сначала обсудить в Союзе адвокатов, надо узнать общественное мнение. И если принимать, то вместе с корреспондирующими поправками в Уголовно-процессуальный и Уголовный кодексы. А также добавить в УК ответственность за вмешательство в профессиональную деятельность адвоката, так как это запрещается законом об адвокатуре и Конституцией.

Поэтому мы попросили либо отозвать, либо отложить поправку. Но парламент принял её в тот же день.

– Что вы делали дальше?

– В понедельник мы приостановили забастовку. Всё-таки правительство и представители парламента нас услышали – и признали, что в законе должны быть предусмотрены профессиональные гарантии для адвокатов.

Теперь мы с представителями парламента договорились создать совместную рабочую группу, чтобы все эти поправки конкретизировать в Уголовно-процессуальном кодексе. Помимо адвокатов туда войдут представители Минюста и парламентской комиссии по праву.

«Власти поняли, что нет смысла бороться с адвокатами»

– Как вам кажется, почему адвокатам всё же удалось предотвратить лишение всех гарантий? Почему правительство пошло на попятную?

– Во-первых, среди людей, которые находятся у власти, есть бывшие адвокаты, есть юристы. То есть эти люди понимают сущность адвокатской профессии.

Во-вторых, мы тоже сразу объявили, что у нас нет цели бороться с правительством. Мы заявили, что адвокатура – это аполитичная структура, мы не хотим вести политические дебаты. Нас интересует конкретно адвокатская деятельность и её гарантии.

Мы лишь требуем, чтобы у нас были хорошие и правильные положения законодательства. Но когда поправки обсуждаются без согласия адвокатов, без консультаций с ними – это незаконно. У нас есть закон от 2017 года №100 о нормативных актах, который обязывает при работе над законопроектами консультироваться с теми, кого он затрагивает. А тут даже министерство юстиции само не знало об этой поправке.

Президент Союза адвокатов Молдовы Дорин Попеску

Я думаю, власти поняли, что нет смысла бороться с адвокатами, когда можно вместе улучшить законодательство.

– В России тоже было несколько попыток устроить адвокатскую забастовку. Зачастую руководству региональных палат угрожали возбуждением дел о воспрепятствовании правосудию…

– Позвольте, я вас прерву. Коллеги-адвокаты сообщали мне, что представители прокуратуры угрожали им возбуждением уголовных дел о воспрепятствовании правосудию. Но они не дрогнули. Ведь реализация права на забастовку предусмотрена Конвенцией о правах человека и Конституцией Молдовы.

– В России очень популярно мнение, что баррикады, забастовки – это не дело адвокатов. Что они должны добиваться своего в суде. Почему вы не пошли по этому пути?

– Слабость такой позиции в том, что если о ней все знают, то сами понимаете, какое будет отношение к адвокатам… Да, мы предусматривали в качестве следующего шага обжалование поправки в Конституционном суде. И мы бы смогли там выиграть, но суть не в том. Самая большая проблема в этой истории – что у адвокатов не спросили их мнения. Правительство, парламент должны общаться с теми, к кому закон относится – это принципиально важно.

Да, мы не считаем, что надо во всех случаях лезть на баррикады. Но когда речь идёт о законе, регулирующем нашу профессию, нашу деятельность, нашу жизнь – то тут по-другому просто нельзя было.

Беседовал Кирилл Капитонов

Редактор: Александр Черных (ИД «Коммерсантъ»)

«Адвокатская улица» не сможет существовать
без поддержки адвокатской улицы
Продолжая использовать наш сайт, вы даете согласие на обработку файлов cookie.