16.03.2022

Аффилирован с «неблагонадёжными»

Максим Крупский
Максим Крупский
Адвокат, независимый эксперт при Минюсте России

Максим Крупский – о дефектах и опасности нового «иноагентского» реестра

Процесс
Агенты своих доверителей

В понедельник, 14 марта, Владимир Путин подписал закон о создании в России очередного «иноагентского» реестра. Новый список должен учитывать не только физлиц-«иноагентов», но и «аффилированных» с «иноагентами» людей. Адвокат, независимый эксперт при Минюсте Максим Крупский по просьбе «Улицы» изучил закон, увидел в нём множество дефектов и назвал саму инициативу порочной. Новый реестр частично дублирует уже существующие; не всегда можно объяснить, почему одних граждан признают «иноагентами», а других будут считать всего лишь «аффилированными». При этом статус «аффилированного» может оказаться пожизненным – и грозит даже тем, кто давно не связан с «иноагентами».

Что случилось?

11 марта 2022 года Госдума приняла закон «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации». В тот же день он был направлен в Совет Федерации, а 14 марта его подписал Владимир Путин; закон уже опубликован.

В чём важность этого документа?

Среди прочего, он вносит изменения в ст. 2.1 закона «О мерах воздействия на лиц, причастных к нарушениям основополагающих прав и свобод человека, прав и свобод граждан Российской Федерации». Тот закон был принят в декабре далёкого 2012 года. Новые поправки сводятся к созданию очередного «иноагентского» списка. Теперь это будет «единый реестр физических лиц, выполняющих функции “иностранного агента” либо аффилированных с выполняющими функции “иностранного агента” лицами». Там будут содержаться сведения о людях:

  • включённых в список физлиц-«иноагентов»;
  • включённых в реестр иностранных СМИ-«иноагентов»;
  • входящих (входивших) в состав органов НКО-«иноагентов» или незарегистрированных общественных объединений – «иноагентов» и (или) являющихся (являвшихся) её учредителем, членом, участником, руководителем либо работником;
  • входящих (входивших) в состав органов управления СМИ-«иноагентов» и (или) являющихся (являвшихся) учредителем, руководителем, работником иностранного средства массовой информации, выполняющего функции «иностранного агента», иного лица, информация о котором включена в реестр иностранных средств массовой информации, выполняющих функции «иностранного агента»;
  • осуществляющих (осуществлявших) политическую деятельность и получающих (получавших) для этого деньги (или иную имущественную помощь) от «иноагентов» – НКО, общественного объединения или физического лица – в том числе через посредников.

Как это будет работать?

Процедура включения в «единый реестр» и порядок его ведения должны быть определены Минюстом. При этом в законе не говорится про упразднение других реестров. По всей видимости, новый список будет существовать параллельно со старыми реестрами физлиц-«иноагентов» и СМИ-«иноагентов» (куда, как мы помним, включаются также физические лица, в том числе адвокаты). Главное отличие между списками состоит в том, что новый реестр охватывает физических лиц, уже включённых в другие реестры. Остаётся только догадываться, для чего подобное дублирование необходимо законодателю. Скорее всего, законодатель просто не захотел прибегать к ссылкам на другие нормативные правовые акты, которые уже регулируют действующие реестры.

Второе существенное отличие – сам механизм включения физического лица в «единый реестр». Раньше для признания «иноагентом» ты должен был совершать хоть какие-то действия: заниматься политической деятельностью; получать денежные средства из иностранных источников; поделиться материалом, распространённым или созданным СМИ-«иноагентом» и т. д. А для попадания в новый реестр в качестве «аффилированного» лица достаточно просто быть руководителем или даже рядовым работником НКО-«иноагента», общественного объединения – «иноагента» или СМИ-«иноагента». Причём не только в настоящем, но и в прошлом.

Адвокат, независимый эксперт при Минюсте Максим Крупский

Закон прямо предусматривает, что в «единый реестр» по умолчанию подлежат включению не только действующие учредители, члены, участники, руководители, работники указанных «иностранных агентов», но и бывшие.

Самой загадочной категорией людей, которые подлежат включению в новый реестр, для меня являются физические лица, «осуществляющие (осуществлявшие) политическую деятельность и получающие (получавшие) денежные средства и (или) иную имущественную помощь от некоммерческой организации, незарегистрированного общественного объединения, физического лица, выполняющих функции “иностранного агента”, в том числе через посредников, для осуществления политической деятельности».

По буквальному смыслу закона эти люди почему-то не будут признаны физическими лицами – «иностранными агентами», хотя формально подпадают под такое определение. Ведь они занимаются политической деятельностью и получают зарубежное финансирование либо иную помощь из иностранных источников. Возникает вопрос – в чём же принципиальное отличие их «аффилированного» статуса от уже существующего статуса физических лиц – «иностранных агентов»? Признаюсь, для меня это совершенно непонятно.

В чём здесь подвох?

Если читать и применять закон буквально, то этот новый статус станет фактически пожизненным. Ведь им будут наделяться люди, как занимающиеся политической деятельностью сейчас, так и занимавшиеся ею в прошлом; как получающие деньги и помощь от «иностранных агентов», так и получавшие её когда-то давно. То же уточнение актуально и для учредителей, членов, участников, руководителей, работников НКО-«иноагентов», общественных объединений – «иноагентов» и СМИ-«иноагентов». Для нового реестра совершенно не важно, что ты давно уволился из «иноагентской» организации и больше не имеешь к ней никакого отношения.

Адвокат, независимый эксперт при Минюсте Максим Крупский

Конкретный срок, в течение которого физические лица считаются аффилированными с «иноагентами», законом просто не предусмотрен.

Круг людей, которые потенциально могут быть включены в «единый реестр», представляется довольно широким. Попадут ли в него юристы и адвокаты, сотрудничающие с НКО-«иноагентами», общественными объединениями – «иноагентами» и СМИ-«иноагентами»? Если понимать закон буквально, то включение в реестр, на мой взгляд, грозит в первую очередь штатным юристам указанных «иноагентов». Ведь законодатель говорит именно о «работниках», а не о лицах, оказывающих юридические услуги по соглашению. Но сейчас просто невозможно сказать наверняка, как эти нормы будут работать на практике.

Чем это мне грозит?

Давайте посмотрим, какие требования закон устанавливает для «аффилированных». Пока что физические лица, включённые в «единый реестр», обязаны лишь сообщать сведения о своём статусе при участии в выборах в качестве кандидата. Однако это не значит, что в будущем законодатель не сможет придумать новых норм, ограничивающих права таких людей, – или наделить их дополнительными обязанностями. Такие примеры уже были. Например, два года назад через НКО-«иноагентов», общественные объединения – «иноагентов» и физических лиц – «иноагентов» было запрещено получать денежные средства и иное имущество в целях организации и проведения публичного мероприятия. А в прошлом году появилась норма, позволяющая Минюсту фактически произвольно запрещать НКО-«иноагенту» осуществление любой программы или деятельности на территории России.

В любом случае ничего хорошего от включения в такого рода реестры ждать не следует. Не стоит забывать, что норма, предполагающая создание «единого реестра», содержится в законе «О мерах воздействия на лиц, причастных к нарушениям основополагающих прав и свобод человека, прав и свобод граждан Российской Федерации». Надо полагать, что законодатель и правоприменитель именно так и будут относиться ко всем, кто в итоге попадёт в новый реестр.

Механизм исключения из «единого реестра» законом не предусмотрен. Честно говоря, я слабо себе представляю, как человек может выйти из реестра, попадание в который связано с тем, чем он занимался в прошлом. «Аффилированные» лица не могут вычеркнуть из своей биографии работу, например, в НКО-«иноагенте». Поэтому они в каком-то смысле находятся даже в более уязвимом положении по сравнению с физическими лицами – «иноагентами». Последние хотя бы могут отказаться от иностранного финансирования, чтобы претендовать на исключение из своего реестра. У «аффилированных» лиц нет и такой возможности.

На мой взгляд, создание «единого реестра» является излишней и во многом порочной инициативой – особенно если учитывать наличие двух «иноагентских» реестров для физических лиц. Реализация новых норм приведёт к путанице, дублированию информации в реестрах – и в конечном итоге усложнит жизнь как людям, так и самим органам исполнительной власти.

Согласиться же с созданием фактически пожизненного статуса «лица, аффилированного с “иноагентом”», я не могу в принципе. Называть человека «аффилированным» с организацией, объединением или СМИ, в которых он когда-то работал, некорректно – ни с точки зрения права, ни с точки зрения элементарной логики.

Впрочем, вряд ли можно серьёзно говорить о том, что институт «иностранных агентов» как таковой задумывался в качестве сугубо правового.

Редактор: Александр Черных (ИД «Коммерсантъ»)

«Адвокатская улица» не сможет существовать
без поддержки адвокатской улицы
Продолжая использовать наш сайт, вы даете согласие на обработку файлов cookie.